Софья Алексеевна

Со́фья Алексе́евна (17 [27] сентября 1657 — 3 [14] июля 1704[3]) — царевна, дочь царя Алексея Михайловича, в 16821689 годах регент при младших братьях Петре и Иване.

Софья Алексеевна
Софія Алеѯiевна
Sophia Alekseyevna by anonim (19 c., Hermitage).jpg
Великая Государыня Царевна и Великая княжна[1]
Правительница-регент Российского царства
29 мая (8 июня) 1682 — 7 сентября (17 сентября) 1689[2]
Монарх Пётр I и Иван V
Предшественник Нарышкина, Наталья Кирилловна
Преемник Должность упразднена (Пётр I)
Рождение 17 (27) сентября 1657(1657-09-27)
Москва
Смерть 3 (14) июля 1704(1704-07-14) (46 лет)
Москва
Место погребения Новодевичий монастырь
Род Романовы
Отец Алексей Михайлович
Мать Мария Ильинична Милославская
Супруг нет
Дети нет
Отношение к религии православная церковь
Логотип Викисклада Медиафайлы на Викискладе

БиографияПравить

Ранние годыПравить

Царевна Софья Алексеевна родилась в семье Алексея Михайловича и его первой жены — Марии Ильиничны Милославской и была шестым ребёнком и четвёртой дочерью среди шестнадцати детей Алексея Михайловича. Получила традиционное княжеское имя Софья, так же звалась её рано умершая тётка — царевна Софья Михайловна.

Обычно царевны заканчивали обучение к 10-ти годам, выучив только грамоту, счет и закон Божий. Но отличавшаяся живым умом Софья упросила продолжить образование вместе с братьями. Ее учителем и воспитателем был Симеон Полоцкий.

Стрелецкий бунт 1682 года и приход к властиПравить

27 апреля (7 мая) 1682 года после 6 лет правления скончался болезненный царь Фёдор III Алексеевич. Встал вопрос, кому наследовать престол: старшему 15-летнему болезненному Ивану согласно обычаю или совсем малолетнему Петру. Заручившись поддержкой патриарха Иоакима, Нарышкины и их сторонники 27 апреля (7 мая) 1682 года возвели на престол Петра. Фактически к власти пришёл клан Нарышкиных и вызванный из ссылки Артамон Матвеев, объявленный «великим опекуном». Сторонникам Ивана Алексеевича было затруднительно поддерживать их претендента, который не мог царствовать из-за крайне слабого здоровья. Организаторы фактически дворцового переворота объявили версию о собственноручной передаче «скипетра» умирающим Фёдором Алексеевичем его младшему брату Петру, но достоверных свидетельств тому предъявлено не было.

 
Мятеж стрельцов в 1682. Стрельцы выволакивают из дворца Ивана Нарышкина. Пока Пётр I утешает мать, царевна Софья наблюдает с удовлетворением. Картина А. И. Корзухина, 1882
 
Коронация Ивана V и Петра I в присутствии Софьи Алексеевны 25 июня 1682

Милославские, родственники царевича Ивана и царевны Софьи по их матери, усмотрели в провозглашении Петра царём ущемление своих интересов. Стрельцы, которых в Москве было более 20 тысяч, уже давно проявляли недовольство и своенравие; и, видимо, подстрекаемые Милославскими, 15 (25 мая) 1682 года выступили открыто: с криками, что Нарышкины задушили царевича Ивана, двинулись к Кремлю. Наталья Кирилловна, надеясь успокоить бунтовщиков, вместе с патриархом и боярами вывела Петра с братом на Красное крыльцо. Однако восстание не закончилось. В первые часы были убиты бояре Артамон Матвеев и Михаил Долгоруков, потом и другие сторонники царицы Натальи, в том числе два её брата Нарышкины.

26 мая выборные от стрелецких полков явились во дворец и потребовали, чтобы старший Иван признавался первым царём, а младший Пётр — вторым. Опасаясь повторения погрома, бояре согласились, и патриарх Иоаким тотчас же совершил в Успенском соборе торжественный молебен о здравии двух наречённых царей; а 25 июня венчал их на царство.

 
Копия наградного «угорского» золотого за Крымские походы с изображениями Петра I и Ивана V (орёл). Царевна Софья (аверс). 1689 год

29 мая стрельцы настояли, чтобы царевна Софья Алексеевна приняла на себя управление государством по причине малолетства её братьев. Царица Наталья Кирилловна должна была вместе с сыном Петром — вторым царём — удалиться от двора в подмосковный дворец в селе Преображенском.

РегентствоПравить

Софья правила, опираясь на своего фаворита Василия Голицына. У де ла Нёвилля и Куракина приведены позднейшие слухи о том, что между Софьей и Голицыным существовала плотская связь. Однако свидетельства времени её правления не подтверждают этого. «Дипломаты не видели в их отношениях ничего, кроме благоволения Софьи к князю, и не находили в них непременного эротического оттенка»[4].

В 1682 раскольники воспользовались восстанием стрельцов в Москве и выдвинули требование, чтобы церковь вернулась к "старой вере". В Кремле состоялись "прения о вере", где Никита Пустосвят выступал главным оратором.

 
Спор о вере. В центре – сам Никита, рядом с ним монах Сергий с челобитной, на полу – Афанасий, архиепископ Холмогорский, на щеке которого Никита "запечатлел крест". В глубине – предводитель стрельцов князь И.А.Хованский. В гневе встала с трона царевна Софья, раздраженная дерзостью раскольников. На следующий день Никита и его сторонники были обезглавлены по обвинению в возмущении народа

Царевна продолжила борьбу с «расколом» уже на законодательном уровне, приняв в 1685 году «12 статей», на основании которых были казнены тысячи человек, обвинённых в «расколе».


Вольтер говорил о ней: «Она имела много ума, сочиняла стихи, писала и говорила хорошо, с приятной наружностью соединяла множество талантов; они были омрачены только её честолюбием».

При Софье был заключён выгодный для России «Вечный мир» с Польшей, невыгодный Нерчинский договор с Китаем (первый русско-китайский договор, действовал до 1858 года). В 1687 и 1689 годах под руководством Василия Голицына были предприняты походы против крымских татар, но они не принесли большой выгоды, хотя и укрепили авторитет России в глазах союзников по Священной лиге. 21 июля 1687 года в Париж прибыло русское посольство, посланное регентшей к Людовику XIV с предложением присоединиться к Священной лиге против турецкого султана, — на тот момент французского союзника[5].

НизложениеПравить

30 мая 1689 года Петру I исполнилось 17 лет. К этому времени он, по настоянию матери, царицы Натальи Кирилловны, женился на Евдокии Лопухиной, и, по обычаям того времени, вступил в пору совершеннолетия. Старший царь слабосильный Иван тоже был женат. Таким образом, больше не оставалось формальных оснований для дальнейшего регентства Софьи Алексеевны (по малолетству царей), но она продолжала удерживать в своих руках бразды правления. Пётр предпринимал попытки настоять на своих правах, но безрезультатно: стрелецкие начальники и приказные сановники, получившие свои должности из рук Софьи, по-прежнему выполняли только её распоряжения.

Между Кремлём (резиденцией Софьи) и двором Петра в Преображенском установилась атмосфера враждебности и недоверия. Каждая из сторон подозревала противную в намерении разрешить противостояние силовым, кровавым путём.

В ночь с 7 на 8 августа несколько стрельцов прибыли в Преображенское и донесли царю о готовящемся покушении на него. Пётр был очень напуган и верхом, в сопровождении лишь нескольких телохранителей, тут же ускакал в Троице-Сергиев монастырь. Утром следующего дня туда же отправились царица Наталья и царица Евдокия в сопровождении всего потешного войска, которое к тому времени составляло внушительную военную силу, способную выдержать длительную осаду в троицких стенах.

В Москве известие о ночном бегстве царя из Преображенского произвело потрясающее впечатление: все понимали, что начиналась междоусобица единокровных сестры и брата, грозившая скорым большим кровопролитием. Софья упросила патриарха Иоакима поехать в Троицу, чтобы склонить Петра к переговорам, но в Москву патриарх не возвратился и сам объявил Петра полноправным самодержцем.

27 августа из Троицы пришёл царский указ, подписанный Петром, с требованием всем стрелецким полковникам явиться в распоряжение царя Петра в сопровождении стрелецких выборных, по 10 человек от каждого полка, за неисполнение — смертная казнь. Софья, со своей стороны, запретила стрельцам покидать Москву, также под страхом смерти.

Некоторые стрелецкие начальники и рядовые стали уходить к Троице. Софья чувствовала, что время работает против неё, и решила лично договориться с единокровным младшим братом, для чего выехала в Троицу в сопровождении небольшой охраны, но в селе Воздвиженском была задержана стрелецким нарядом, а посланные ей навстречу стольник И. Бутурлин, а затем боярин, князь Троекуров объявили ей, что царь её не примет, а если она попытается продолжать свой путь в Троицу, к ней будет применена сила. Софья возвратилась в Москву ни с чем.

Об этой неудаче Софьи стало широко известно, и бегство бояр, приказных чиновников и стрельцов из Москвы увеличилось. В Троице их благожелательно встречал князь Борис Голицын — бывший дядька [6] царя, на это время ставший главным советником Петра и распорядителем в его ставке. Вновь прибывшим высокопоставленным сановникам и стрелецким начальникам он самолично подносил чарку и от имени царя благодарил за верную службу. Рядовым стрельцам тоже раздавали водку и наградные.

Пётр в Троице вёл образцовую жизнь Московского царя: присутствовал на всех богослужениях, оставшееся время проводил в советах с членами боярской думы и в беседах с церковными иерархами, отдыхал только в кругу семьи, носил русское платье, немцев не принимал, что разительно отличалось от образа жизни, который он вёл в Преображенском и который неодобрительно воспринимался бо́льшей частью всех слоёв русского общества — шумные и скандальные застолья и забавы, занятия с потешными, в которых он нередко выступал в роли младшего офицера, а то и рядового, частые посещения Кукуя(Немецкой слободы), а, в особенности, то, что царь с немцами держался, как с равными себе, в то время как даже самые знатные и сановные русские, обращаясь к нему, согласно этикету должны были называть себя его рабами и холопами.

Между тем, власть Софьи неуклонно сыпалась: в начале сентября в Троицу ушла наёмная иноземная пехота во главе с генералом П. Гордоном  — наиболее боеспособная часть русского войска. Там она присягнула царю, лично вышедшему навстречу. Фаворит и высший сановник правительства Софьи,«царственные большие печати и государственных великих посольских дел оберегатель», князь Василий Голицын самоустранился от политической борьбы против царя Петра и своего двоюродного брата князя Бориса Голицына и уехал в своё подмосковное имение Медведково. Активно поддерживал правительницу только начальник стрелецкого приказа Фёдор Шакловитый, всеми средствами старавшийся удержать своих стрельцов в Москве.

От царя пришёл новый указ — схватить (арестовать) Шакловитого и доставить в Троицу в железах (в цепях) для сыска (следствия) по делу о покушении на царя, а все, кто поддержит Шакловитого, разделят его судьбу. Остававшиеся в Москве стрельцы потребовали от Софьи выдачи Шакловитого. Она сначала отказывалась, но была вынуждена уступить. Шакловитый был отвезён в Троицу, под пыткой дал признание и был обезглавлен. Одним из последних явился в Троицу князь Василий Голицын с сыном, где он не был допущен к царю, и сослан с семьёй в Пинегу (Архангельская область).

 
Заточение царевны Софьи в Новодевичий монастырь в 1689 году. Миниатюра из рукописи 1-й пол. XVIII века «История Петра I», соч. П. Крёкшина. Собрание А. Барятинского. ГИМ.

У правительницы Софьи не осталось приверженцев, готовых рисковать своей головой ради её интересов, и когда Пётр потребовал, чтобы Софья удалилась в Святодуховский монастырь в Путивле, ей пришлось подчиниться. Вскоре Пётр решил, что держать её вдалеке небезопасно и перевёл в Новодевичий монастырь. В монастыре к ней была приставлена стража.

 
Царевна Софья Алексеевна в Новодевичьем монастыре. Картина Ильи Репина

Жизнь в монастыре, смертьПравить

 
Могила царевны Софьи Алексеевны в московском Новодевичьем монастыре. 1908 г.

Во время стрелецкого восстания 1698 года стрельцы, по данным следствия, намеревались позвать её на царство. После подавления бунта Софья пострижена в монахини под именем Сусанны.

Умерла 3 (14) июля 1704 года, перед смертью постриглась в великую схиму, взяв себе прежнее имя, София. Похоронена в Смоленском соборе Новодевичьего монастыря в Москве. В старообрядческом скиту Шарпан находится захоронение схимницы Прасковьи («царицына могила») в окружении 12 безымянных могил. Староверы считают эту Прасковью царевной Софьей, якобы бежавшей из Новодевичьего монастыря с 12 стрельцами[7].

Личная жизнь и характерПравить

В 10-летнем возрасте воспитанием царевны Софьи Алексеевны занялся знаменитый придворный поэт и богослов Симеон Полоцкий[8]. В результате уже в юном возрасте Софья отличалась умом и образованностью, что отмечали даже её враги[9]. Сильвестр (Медведев) приписывал ей семь даров духа, семь добродетелей: мудрость, целомудрие, правдолюбие, благочестие, щедрость, великодушие и чудный дар слова[10]. Софья была знакома с латынью, свободно владела польским[11]. Она обладала обширной библиотекой, в которой в основном содержались произведения богословского и религиозного характера. Некоторые из её книг с собственноручными подписями царевны до сих пор хранятся в Новодевичьем монастыре[12]. Ещё будучи молодой девушкой 19—20 лет, она читала в черновом варианте полемический религиозный трактат Симеона Полоцкого «Венец веры», который настолько ей понравился, что она приказала изготовить себе специальный книжный вариант произведения[13][14], что показывает, как глубоко она воспринимала богословские вопросы, несмотря на свой юный возраст[15]. В Теремном дворце сохранились ковёр, вышитый Софьей, а также Евангелие, которое она переписала собственной рукой[11]. В XIX веке бытовало мнение, что Софья сама писала стихи и пьесы и была талантливым драматургом, однако современные исследования опровергают это, более того — они показывают что при Софье началось свёртывание театральной жизни, которая стала зарождаться при Алексее Михайловиче, и это свертывание выступало как часть борьбы против «порчи нравов»[16].

Современники также отмечали её набожность и богобоязненность[17], передавшуюся ей от отца. И. Е. Забелин писал, что царевна Софья «по смыслу своего положения в обществе, была монастырка, постница, пустынница»[18]. По словам британской исследовательницы Линдси Хьюз, жизнь Софьи «скорее всего, протекала перед церковным алтарём и иконами, а не на театральных подмостках, а круг её чтения состоял из Псалтири, Евангелия и житийной литературы… Стены её комнат украшали иконы и картины, написанные на библейские сюжеты»[19]. При Софье резко усиливаются гонения на старообрядцев. В Великий пост 1685 года были приняты знаменитые 12 статей против старообрядцев, в результате чего тысячи человек подверглись смерти, изгнанию и пыткам[20].

Спорным остаётся вопрос о личной жизни царевны Софьи, в частности наличие любовной связи с князем Василием Голицыным. Некоторые авторы отрицают наличие между ними подобных отношений, указывая на то, что князь Голицын был женат и имел детей, таким образом, с точки зрения нравов допетровской Руси, подобные отношения были категорически невозможны[21].Однако, по словам других историков, несколько сохранившихся писем царевны Софьи показывают её глубокое чувство к Голицыну[22]. Письма были написаны во время второго Крымского похода, весной 1689 года. В них Софья писала Голицыну о своей благодарности Богу за его избавление от опасностей и уверяла в своей неизменной симпатии. Так, в одном из писем она пишет:

«Свет мой, братец Васенька, здравствуй батюшка мой на многие лета… А мне, свет мой, веры не имеетца, што ты к нам возвратитца, тогда веры поиму, как увижю во обьятиях своих тебя, света моего…»

Единственное описание внешности Софьи оставил её современник, французский дипломат Фуа Де ла Нёвилль, побывавший в Москве с августа по декабрь 1689 года и издавший свой мемуар в Париже только в 1698 году. По его словам «она ужасно толстая, у неё голова размером с горшок, волосы на лице, волчанка на ногах, и ей по меньшей мере 40 лет». Согласно его же свидетельствам: «Её ум и достоинства вовсе не несут на себе отпечатка безобразия её тела, ибо насколько её талия коротка, широка и груба, настолько же ум её тонок, проницателен и искусен»[23].

Образ Софьи Алексеевны в глазах современников и потомковПравить

Поздравление царевне Софье
по случаю Пасхи[24]

Но ты, велия и славна царевна,
   премудра София Алексѣевна
Его, воскресша, зѣло слушавши
  и волю его усердно твориши.
И путь течеши им заповѣданный,
  убо внидеши во свѣт всежеланный.
Иже во вѣки не имать мерцати,
  тамо будеши солнечно сияти.
Того усердно аз желаю тебѣ,
  государынѣ нашей, здѣ и в небѣ.
Мене же изволь в милости щадити,
  хотяща рабом твоим вѣрным быти.
Нынѣ же поклон ниский содѣваю,
  под стопу главу мою повергаю.

7 апреля 1685 г.

В первые годы соправительства Ивана и Петра имя Софьи Алексеевны практически не упоминается в официальных документах[25]. Почти полное отсутствие имени Софьи в официальном делопроизводстве в первые годы соцарствия даже позволило некоторым исследователям утверждать, что Софья формально не получала регентства в 1682 году, но правила неформально, постепенно концентрируя власть в своих руках[26][27]. Только к 1686 году имя Софьи стало добавляться к именам братьев в царских указах[25]. Скорее всего это было связано с тем, что по этическим нормам того времени Софья не могла действовать публично, но, несмотря на это, по словам исследователей, уже с первых дней соцарствия «её политическое влияние ощущалось повсюду»[28].

Однако постепенно власть Софьи укреплялась, её начинали прославлять придворные панегиристы. Письменные и устные похвалы её мудрости и добродетели постепенно нарастали и достигли пика к 1686 г., когда был заключён Вечный мир с Польшей[29]. Поэты и литераторы часто отождествляли Софью с Божьей премудростью. Симеон Полоцкий посвятил Софье несколько своих стихотворений, сохранившихся в посвящениях к книгам, подаренным им Софье. В одном из них он пишет[14]:

О благороднейшая царевна София,
Ищеши премудрости выну небесные.
По имени твоему жизнь твою ведеши:
Мудрая глаголеши, мудрая дееши...
Ты церковные книги обыкла читати
И в отеческих свитцех мудрости искати...

В 1686 году братьями Лихудами от имени Славяно-греко-латинской академии была зачитана похвальная речь Софье, начинавшаяся со слов: «Вем же вем Блаженная Государыня, богоизбранная пречестная София Алексиевна…. Ты же, о премудрейшая София, добльственнейшая Иудиф, святейшая Сусанна, целомудреннейшая Девора, — радуйся и веселися, яко венец тебе на небеси уготовася не от камений, многоценных тленных, и привременных, но от божия благодати, и дуси сущия окрест божественнаго престола. Устроен венец тебе и скипетр бысть, зане скиптры отеческая ты София в премудрости и мужестве утвердила еси»[30]. Карион (Истомин) в своих стихотворных панегириках прославлял Софию-Мудрость как строящую, созидающую силу, благоразумную правительницу[31]. Сильвестр (Медведев) в своей речи, обращённой к царевне говорит, что Софья «есть дом солнечный, жилище солнца истинного Христа Господа», сравнивает её с Александром Великим, заявляя при этом, что она превосходит Александра в своём поиске совершенства, которое «богом истинным» воплощено в царевне[32]. Её профили печатали на монетах, её называли благочестивой, милосердной, премудрой и христолюбивой царевной, сравнивали с Пульхерией, Семирамидой, княгиней Ольгой и с «Елисавеф Британской»[33][34].

 
Портрет Софьи в царском облачении, со скипетром и державой в руках, на фоне двуглавого орла. Вокруг портрета выписан царский титул

В последние годы правления Софьи проявляется явное желание её окружения устроить царевне «помазанье на царство» с тем чтобы сделать её самодержавной правительницей, равной по статусу её братьям. С этой целью рассылались послы в стрелецкие полки, иностранные дворы и к Вселенским патриархам[34][35][36][37]. С 8 января 1686 года имя Софьи Алексеевны стало включаться в царский титул, её официально начали именовать самодержицей[38][39]. Стали появляться золотые монеты с изображением Софьи, были созданы портреты царевны в полном царском облачении со скипетром и державой в руках на фоне двуглавого орла[40]. Под портретом печатался полный царский титул и стихи о её добродетелях, которыми царевна «царство аки седми столпы укрепила»[41]. Портреты правительницы стали распространяться при помощи специальных политических плакатов. К лету 1689 г. несколько сот плакатов с портретом Софьи были распространены по Москве и посланы за рубеж[36]. Сочинялись поддельные акты о «всенародном и единогласном» избрании Софьи правительницей России в мае 1682 года[36].

Однако, общество всё же было не готово принять самодержавную женщину-правительницу. По словам И. Е. Забелина, чтобы осуществить задуманное, Софье была необходима «прямая, открытая и притом богатырская, то есть петровская борьба с тем же обществом; борьба, не допускавшая никаких сделок, никаких колебаний, уступок, никаких мирных переговоров». Он считает, что Софье хватило бы сил выдержать подобную борьбу, однако у неё не хватало веры в необходимость такой борьбы, она была не способна «отступить от заветного постнического идеала» и стремилась отстоять «лишь свою личную свободу», действуя при этом «по византийским образцам»[18].

После воцарения Петра I образ Софьи подвергся резкой негативизации и оставался таковым на протяжении большей части XVIII века. Все последующие русские авторы описывали правление Софьи Алексеевны исключительно в отрицательных тонах. Их мнение разделяли иностранцы. В своих произведениях они описывали Софью как коварную интриганку, ослеплённую честолюбием и жаждой власти, повергшую государство в хаос и смуту[42]. Однако к концу XVIII века негативный образ Софьи Алексеевны начал постепенно пересматриваться. Так, Екатерина II в одном из своих сочинений писала, что Софье «не была отдана должная справедливость». По её словам «она [Софья] в течение нескольких лет руководила делами государства со всей проницательностью, какой только возможно желать. Глядя на дела, прошедшие через её руки, нельзя не признать, что она была весьма способна царствовать»[43] . В свою очередь Карамзин считал, что Софья «есть одна из великих женщин, произведённых Россиею» и замечал, что «по уму и свойствам души своей [она] достойна была называться сестрою Петра Великого»[44]. Н. Г. Устрялов называл Софью «русской Пульхерией», отмечая при этом такие черты её характера как властолюбие и жестокость[45]. С. М. Соловьёв называл Софью «примером исторической женщины, освободившейся из терема, но не вынесшей из него нравственных сдержек и не нашедшей их в обществе»[46]. По словам Е. Ф. Шмурло «Софья первая пробила брешь в той стене, за которой, замурованные, сидели наши прабабушки; она первая вывела их из терема, указав путь, идя по которому русская женщина стала теперь, по широте и глубине своего образования, по интенсивности своих духовных стремлений, одной из первых женщин мира»[13].

В искусствеПравить

КинематографПравить

ПримечанияПравить

  1. Акты исторические, собранные и изданные Археографической комиссией (1676—1700). — СПб., 1842. Т. V. — С. 163. № 102.
  2. Русский биографический словарь А. А. Половцова София Алексеевна. Дата обращения: 24 мая 2015. Архивировано 6 сентября 2019 года.
  3. Родословная книга Всероссійскаго дворянства Архивная копия от 6 апреля 2020 на Wayback Machine. // Составилъ В. Дурасов. — Ч. I. — Градъ Св. Петра, 1906.
  4. Bushkovitch P. Peter the Great: The Struggle for Power, 1671—1725. Cambridge University Press, 2001. P. 138. ISBN 978-0-521-80585-8.
  5. См. Хронология русско-французских отношений
  6. Дядька — официальная должность наставника, воспитателя при малолетнем царе или царевиче.
  7. Старый (Пустой) Шарпан Архивировано 30 мая 2008 года.
  8. Симеон Полоцкий и его книгоиздательская деятельность / Робинсон А.Н.. — М.: Наука, 1982. — С. 93.
  9. София Алексеевна // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  10. Фортунатов В. В. 3.7.5. Как царевна Софья Алексеевна стала «зазорным лицом» // Российская история в лицах. — Питер, 2009. — ISBN 978-5-388-00305-8.
  11. 1 2 Молева Н. М. Московские загадки : литературные ростки : Пушкин, Грибоедов, Гоголь, Тургенев, царевна Софья и другие. — М. : АСТ : Олимп, 2008. — 379 с. : ил., портр. — ISBN 978-5-17-046352-7 (АСТ). — ISBN 978-5-7390-2101-4 (Олимп).
  12. Хьюз, 2001, с. 218—221
  13. 1 2 Шмурло Е. Ф. Курс русской истории Архивная копия от 17 декабря 2018 на Wayback Machine: в 3 томах. — Прага, 1931—1935.
  14. 1 2 Забелин И. Е. Домашний быт русских цариц в XVI—XVII веках / О. А. Платонов. — М.: Институт русской цивилизации, 2014. — С. 206. — ISBN 978-5-4261-0057-2.
  15. Хьюз, 2001, с. 57
  16. Хьюз, 2001, с. 223—224
  17. Дневник зверского избиения бояр в столице в 1682 году и избрания двух царей Петра и Иоанна [Пер. А. Василенка // Рождение империи. — М.: Фонд Сергея Дубова, 1997. — С. 9—20.. Дата обращения: 14 декабря 2018. Архивировано 24 февраля 2020 года.
  18. 1 2 Забелин И. Е. Домашний быт русских цариц в XVI—XVII веках / О. А. Платонов. — М.: Институт русской цивилизации, 2014. — С. 225. — ISBN 978-5-4261-0057-2.
  19. Хьюз, 2001, с. 225
  20. Панченко А. М. Начало петровской реформы: идейная подоплёка Архивная копия от 8 января 2014 на Wayback Machine. — ИРЛИ РАН. — 2006—2007.
  21. Хьюз, 2001, с. 76, 133
  22. Балязин В. Н. Самодержцы: любовные истории царского дома. — Олма-Пресс, 1999. — Т. 1. — С. 102. — ISBN 9785224001736.
  23. ДЕ ЛА НЕВИЛЛЬ ЗАПИСКИ О МОСКОВИИ Архивная копия от 15 декабря 2018 на Wayback Machine
  24. Панченко А. М. Придворные вирши 80-х годов XVII столетия // ТОДРЛ : книга. — М., Л., 1965. — Т. 21. — С. 65—73. — ISSN 0130-464X.
  25. 1 2 Hughes L. Sophia, «Autocrat of All the Russia» (англ.) // Canadian Slavonic Papers[en] : журнал. — 1986. — No. 28. — P. 267, 281. — ISSN 0008-5006.
  26. Богданов А. П. К вопросу об авторстве «Созерцания краткого лет 7190, 91 и 92, в них же что содеяся во гражданстве» Архивная копия от 31 августа 2017 на Wayback Machine // Исследования по источниковедению истории СССР дооктябрьского периода: сборник статей / Академия наук СССР, Институт истории СССР; отв. ред. Б. Г. Литвак. М., 1987. С. 129.
  27. Богданов А. П. Нарративные источники о Московском восстании 1682 года // Исследования по источниковедению истории России (до 1917 г.): сборник статей Архивная копия от 23 сентября 2016 на Wayback Machine / Российская академия наук, Институт российской истории; отв. ред. Н. А. Соболева. М., 1993. С. 78—79.
  28. Хьюз, 2001, с. 107
  29. Богданов А. П. Царевна Софья и Петр: драма Софии. — ВЕЧЕ, 2008. — С. 44. — ISBN 978-5-9533-2310-9.
  30. Сменцовский М. Н. Братья Лихуды. СПб., 1899. Приложение. Лермонтова Е. Похвальное слова Лихудов царевне Софье Алексеевне 17 сентября (ок. 1686 г.) // ЧОИДР. 1910.
  31. Замалеев А. Ф. Лекция 6. Русское просветительство на рубеже нового времени // Курс истории русской философии. Учебник для гуманитарных вузов. Изд. 2-е, дополненное и переработанное. — М.: Магистр, 1996. — ISBN 5-89317-002-4.
  32. Сильвестра Медведева панегирик царевне Софье 1682 г. Архивная копия от 14 декабря 2018 на Wayback Machine // Памятники культуры: новые открытия. Письменность, искусство, археология. Ежегодник, 1982. Л.: Наука. 1984.
  33. Пушкарёв Л. Н. Общественно-политическая мысль России. Вторая половина XVII века: Очерки истории / Отв. ред. А. И. Клибанов. — М.: Наука, 1982. — С. 194—195. — 6900 экз.
  34. 1 2 Хьюз, 2001, с. 281
  35. Лавров А. С. Регентство царевны Софьи Алексеевны: служилое общество и борьба за власть в верхах русского государства в 1682-1689. — Археографический центр, 1999. — С. 148—149. — ISBN 978-5-88253-035-7.
  36. 1 2 3 Богданов А. П. Премудрая Царевна Софья. Власть и политика // В тени Великого Петра. — Армада, 1998. — 336 с. — ISBN 5-7632-0685-1.
  37. Алексеев В. П. Брянский фаворит царевны Софьи. — Дебрянск, 1992. — С. 42. — ISBN 978-5-7278-0100-0.
  38. Соколова Е. С. Самодержавный идеал в надсословных стратегиях Милославских и Нарышкиных: к вопросу о репрезентативной сущности некоторых нормотворческих инициатив конца XVII в. Архивная копия от 16 декабря 2018 на Wayback Machine // Genesis: исторические исследования. — 2017. — № 2. — С. 55—84. DOI: 10.7256/2409-868X.2017.2.17810.
  39. Мангилёв П. И., прот. Снова о «Статире»: по поводу рецензии Н. А. Мудровой Архивная копия от 20 мая 2022 на Wayback Machine // Вестник Екатеринбургской духовной семинарии. 2015. — № 2 (10). — С. 165—169.
  40. Ровинский Д. А. Словарь русских гравированных портретов. — Типография императорской академии наукъ, 1872. — С. 10.
  41. Богданов А. П. Перо и крест: Рус. писатели под церковным судом. — М.: Политиздат, 1990. — С. 270. — ISBN 5-250-00765-1.
  42. Хьюз, 2001, с. 327—328
  43. Каррер Д' Анкосс Элен. Антидот императрицы Екатерины Второй // Императрица и аббат. Неизданная переписка. — ОЛМА Медиа Групп, 2005. — С. 283. — ISBN 9785224046225.
  44. Карамзин Н. М. Критика. Пантеон российских авторов // Избранные сочиненияв двух томах. — Москва-Ленинград: Художественная литература, 1964. — Т. 2.
  45. Устрялов Н. Г. История царствования Петра Великого. — СПб.: Тип. II-го Отделения Собств. Его Имп. Вел. Канцелярии, 1858. — Т. 1.
  46. Соловьёв С. М. Глава II. Падение Софии; деятельность царя Петра до первого Азовского похода // История России с древнейших времён (ссылка) : в 29 т.. — СПб. : Изд. Товарищество «Общественная польза», 1851—1879. — Т. 14.

ЛитератураПравить

На русском языке

На иностранных языках

  • Hughes L. Sophia, Regent of Russia 1657—1704 (англ.). — New Haven, CT; London: Yale University Press, 1991. — xvii, 345 p. — ISBN 0-300-04790-8.
  • Boskovska N. Die russische Frau im 17. Jahrhundert. Köln, 1998.