Сражение у Кинбурна (1855)

Сражение у Кинбурна состоялось 5 (17) октября 1855 год в ходе Крымской войны,в ходе которого объединённые силы британского и французского флотов принудили к капитуляции гарнизон морально устаревшей русской крепости Кинбурн, расположенной на одноимённой косе в устье Днепра.

Сражение у Кинбурна
Основной конфликт: Крымская война
Anonimo Bombardamento e presa del forte di Kinburn incisione L'Illustration 15 dic 1855 Parigi.JPG
Корабли союзников, окружив Кинбурнскую косу, ведут массированный обстрел крепости
Дата

5 (17) октября 1855 года

Место

Кинбурн, Российская империя

Итог

Победа союзников

Противники

Flag of Russia.svg Российская империя

Flag of France.svg Франция
Flag of the United Kingdom.svg Великобритания

Командующие

Флаг России Коханович

Флаг Франции Брюэ
Флаг Великобритании Эдмунд Лайонс

Силы сторон

1 500 солдат гарнизона

80 кораблей, 8 000 десантников

Commons-logo.svg Аудио, фото, видео на Викискладе
⚙️ Крымская война

Содержание

Силы сторонПравить

Английская эскадра состояла из 49 судов: 6 линейных кораблей, 17 фрегатов и шлюпов, вооружённых, 10 канонерских лодок, 6 мортирных лодок и 10 транспортов.

Французская эскадра состояла из 31 корабля: 3 бронированных плавучих батарей («Девастасьон», «Лэв» и «Тоннант»), 4 линейных кораблей, 3 корветов, 4 посыльных кораблей, 12 канонерских и 5 мортирных лодок.

Крепость Кинбург представляла собой каменный форт с 50 (по некоторым данным с 60) орудиями и две батареи, укреплённые мешками с песком, с 10 и 11 орудиями. Тяжелых орудий не было совсем, артиллерия была представлена 24-фунтовыми устаревшими пушками[1], стрелявшими чугунными ядрами, и 2 мортирами. Гарнизон состоял из 5-го резервного батальона Украинского егерского полка и двух рот Одесского полка. Всего 37 офицеров и 1447 нижних чинов. Большинство солдат были необстрелянные новобранцы.[2] Гарнизоном Кинбурга командовал генерал-майор Коханович И. В.

Ход сраженияПравить

4 (16) октября англо-французский флот подошёл к Кинбурну.

5 (17) октября в 14.00 началась высадка штурмовых частей, канонерские лодки противника стали обстреливать Кинбурн. Крепостная артиллерия отвечала вяло. Вот как описывает штурм участник десанта майор Руссель: «…Погода стояла чудесная, теплое осеннее солнце и отсутствие ветра позволило 17-му полку беспрепятственно высадиться в трех милях восточнее передовых укреплений, затем быстро окопаться… Врага не было видно. Несколько казачьих разъездов появились на опушке леса и сразу исчезли… Наши мортирные и канонерские корабли три часа бомбардировали укрепления, но не произвели поначалу никакого впечатления».

Капитан-лейтенант Стеценков, который был послан комендантом Очакова генералом Кноррингом разведать ситуацию на Кинбурне, даёт более развернутую картину первого дня осады: «… Наша артиллерия отвечала беглым огнём, но, по причине своего малого калибра, не могла причинить кораблям существенного вреда… Урон гарнизона в этот день состоял из 3-х убитых и 24-х раненых. Весь следующий день порывы бурного ветра и зыбь не дозволяли неприятелю действовать по крепости, и в течение целых суток Кинбурн и береговые батареи обменялись с канонерскими лодками всего лишь несколькими выстрелами. Пользуясь затишьем, штабс-капитан Седергольм прикрыл пороховые погреба чугунными колесами от старых лафетов, что оказалось действенным средством от удара бомб…».

6 (18) В 9.00 французские плавучие батареи подошли к южной стороне Кинбурна на расстояние около четырёх кабельтовых и открыли огонь. Все фрегаты союзной эскадры расположились на юго-западном траверзе и принялись прямой наводкой громить цитадель.

Расстрел крепости продолжался два часа. К 11.30 вся артиллерия юго-западного вала была выведена из строя. Загорелись артиллерийские казармы. Тушить пожар под таким плотным огнём было невозможно, и пламя быстро охватило все строения.

В 13.45 неприятель, пользуясь ослаблением огня крепостной артиллерии, ввёл в лиман 9 паровых фрегатов (три французских и шесть английских), которые расположились к северо-востоку от форта. Русский гарнизон был окружён со всех сторон. Нескольких сот орудий большого калибра начали методично уничтожать земляную крепость. После пятичасовой бомбардировки, когда ответный огонь гарнизона прекратился, адмирал Брюэ выслал две шлюпки с парламентёрами и предложил сдаться. Генерал-майор Коханович, считая положение безвыходным, принял условия капитуляции.[3]

Реакция современниковПравить

Флаг-капитан адмирала Лайонса отмечал, описывая воздействие русского огня на французские броненосные батареи, что «бомбы разбивались о них, будто стеклянные», и что французские батареи были «безупречны».

Французский вице-адмирал Брюа писал позднее французскому морскому министру Гамелену:«Я отношу быстроту, с которой мы достигли победы, во-первых, на счет полного окружения форта со стороны и суши, и на моря, и, во-вторых - на счет плавучих батарей, которые проламывали огромные бреши в крепостных валах и которые, благодаря замечательно точному прицельному огню, оказались способны разрушать прочнейшие стены. Многого можно ожидать от использования этих грозных машин войны…»

Классическим считается описание бомбардировки Кинбурна, сделанное присутствовавшим при этом корреспондентом лондонской "Таймс" Расселом: "Плавучие батареи французов открыли огонь в 9.30, и в течение всего дня их стрельба отличалась точностью и результативностью. Русские с готовностью ответили, и батареи оказались окруженными столбами воды, поднимаемыми русскими ядрами. Успех эксперимента (бронирования плавучих батарей) был совершенным. Они встали на якорь всего в 800 ярдах от русских батарей. Вражеские ядра даже на такой малой дистанции не могли повредить их - ядра отлетали от их бортов, производя эффект не больший, чем пистолетные пули на мишени в тире. Можно было слышать отчётливые удары ядер о борта батарей, и видеть, как они отлетают от них в сторону, с которой они были выпущены, и, потеряв свою силу, падают в воду. На одной из батарей насчитали 63 выбоины от ядер только на плитах одного из бортов - не считая отметин от ядер, скользнувших по палубе, или пробоин в фальшборте, но все повреждения брони свелись к трём выбитым заклёпкам".[1]

В газете «Daily News» от 23 ноября 1856 года была опубликована дневниковая запись участника сражения - английского капитана Джеймса Кардигана: «…Генерал-майор Коханович шел вперед с саблей в одной руке и пистолетом в другой. Он бросил свою саблю к ногам офицера и разрядил пистолет в землю. Он был взволнован до слез, покидая крепость, обернулся и горячо воскликнул на русском, из чего переводчик смог только разобрать: «О! Кинбурн! Кинбурн! Слава Суворова и мой позор, я оставляю тебя» или что-то подобное…

Когда войска маршем покидали гарнизон, был отдан приказ составить винтовки в козлы, но многие бросали их на землю к ногам победителей с выражением ярости и унижения на лицах… Коханович плакал, бросая ручку, которой он подписал пункты капитуляции, но у него не было причины стыдиться того, как он защищался. По условиям капитуляции гарнизону было разрешено отступить, взяв все, за исключением оружия, боеприпасов и орудий; офицерам было разрешено иметь при себе сабли, рядовым захватить свои ранцы, обмундирование, полковые горны, церковные принадлежности, реликвии и портреты… В течение дня пленников погрузят на корабли и отправят в Константинополь. Они распродали своё личное обмундирование, снаряжение, телеги, продовольствие и все, от чего смогли избавиться, организовав утром на намывной косе что-то вроде примитивного аукциона… Завтра утром около 750 русских будет отослано на «Вулкан». В целом, они кажутся наихудшей частью русской пехоты, какую я видел, и состоят либо из стариков, либо из мальчишек. Первые выглядят достаточно бравыми солдатами, но последние – бестолковые, неотесанные и малорослые».

Сдача Кинбурнской крепости вызвала взрыв негодования в Санкт-Петербурге. Пленение русских солдат было воспринято патриотической общественностью столицы очень болезненно. В 1857 году, в связи «с позорной капитуляцией Кинбурнского гарнизона», в отношении генерал-майора Кохановича и начальника артиллерии подполковника Полисанова были начато следствие, которое их полностью оправдало, но они всё-таки сразу были уволены в отставку, правда с сохранением пенсиона.[3]

ЗначениеПравить

Эта операция получила известность прежде всего тем, что в ней впервые были применены броненосные корабли. Построенные по чертежам императора Наполеона III, они легко разрушали орудийным огнём морально устаревшие кинбурнские укрепления. В то же время малокалиберные чугунные снаряды защитников Кинбурна, выпущенные из устаревших орудий с расстояния 1 км и менее, разбивались о борта броненосцев без особого ущерба для этих плавучих крепостей, что было представлено победителями в качестве триумфа изобретённого ими нового вида боевых кораблей. Взятие Кинбурна стало последним успехом англо-французских войск в Крымской войне.

См. такжеПравить

ПримечанияПравить

  1. 1 2 Войны, истории, факты. Альманах. www.almanacwhf.ru. Проверено 19 апреля 2016.
  2. Кинбурнская крепость. www.ochakiv.info. Проверено 19 апреля 2016.
  3. 1 2 Kabba Design Group. Вечерний Николаев газета Николаев Украина Лики ИСТОРИИ - Старая крепость. www.vn.mk.ua. Проверено 19 апреля 2016.

СсылкиПравить