Открыть главное меню

«Теодицея или оправдание Бога»[1], «Опыты теодицеи», или просто «Теодицея» (новолат. theodicea — богооправдание), — трактат немецкого философа и математика Готфрида Лейбница, изданный в 1710 году в Амстердаме. Единственное прижизненное издание большого философского сочинения автора[2]. Полное название «Опыты теодицеи о благости Божией, свободе человека и начале зла» (фр. Essais de Théodicée sur la bonté de Dieu, la liberté de l’homme et l’origine du mal).

Теодицея или оправдание Бога
Опыты теодицеи о благости Божией, свободе человека и начале зла
Théodicée title page.jpeg
Титульный лист, изд. 1734 года, Амстердам
Общая информация
Автор Готфрид Вильгельм Лейбниц
Тип письменное произведение[d]
Жанр религиозная философия
Оригинальная версия
Название фр. Essais de Théodicée sur la bonté de Dieu, la liberté de l’homme et l’origine du mal
Язык французский
Русская версия
Переводчик К. Истомин
Год издания 1710

Подробное рассмотрение вопроса — почему существует зло во вселенной, и оправдание Бога за зло в мире, то есть «теодицея», слово, введённое автором и приобретшее значение общего термина для выражения задачи примирить существование зла в мире с благостью, премудростью, всемогуществом и правосудием мирового Творца[1]. Блестящее развитие философского учения оптимизма, по которому существующий мир, несмотря на все свои недостатки, есть лучший, то есть наиболее совершенный из всех возможных, и всё совершающееся в нём направлено на осуществление блага[3]. Зло же в мире с необходимостью вытекает из самого существования мира: в каждой монаде лежит присущая ей ограниченность, отсюда зло метафизическое (несовершенство), с ним связано зло физическое (страдание), а зло нравственное (грех) неразрывно связано с существованием свободы, как основы нравственного бытия[4][1].

Перевод на русский язык: «Теодицея», переводчик К. Истомин (журнал «Вера и Разум», 1887—1892)[2].

Три типа злаПравить

Согласно Лейбницу, зло в мире с необходимостью вытекает из самого его существования. В каждой монаде лежит присущая ей ограниченность; без этого она обладала бы совсем абсолютной природой и не отличалась бы от Бога. Отсюда метафизическое зло, с которым связана возможность зла физического, то есть страдания разумных существ в прямом значении этого слова. Зло физическое имеет некоторые высшие основания своего бытия в природе. Жизнь есть воспитание существ для верховных целей, руководимое самим Богом: с этой точки зрения, страдание может быть рассматриваемо как наказание или воспитательное средство. Физическое зло допускается в мир, потому что через него мы достигаем благ, которые иначе были бы для нас закрыты. Вспомним, например, об одушевлённых порывах патриотизма, самоотверженности, равнодушии к смерти, вызываемых в народах войной. Обыкновенно зло служит для того, чтобы доставить нам большее добро или отвратить ещё большее зло. Вообще жизнь гораздо сноснее и богаче радостями, чем полагают её хулители: при оценке жизни следует принимать в расчёт блага беспрепятственной деятельности, здоровья и всего того, что хотя и не вызывает в нас прямо ощутимых удовольствий, но лишение чего нам всё-таки показалось бы огромным несчастием. Третий вид зла есть зло нравственное (то есть зло в прямом смысле — грех). Его Божество не могло изъять из мира, не уничтожив самой основы нравственного бытия — свободы. Сущность духа состоит в самоопределении и самостоятельности; без них он был бы призрачным и слепым орудием чуждых ему сил, и его существование не имело бы никакой нравственной цены. Но где свобода, там — возможность извращенной деятельности, то есть греха.[2]

См. такжеПравить

ПримечанияПравить