Беллетри́стика (от фр. belles lettres — «изящная словесность») — общее название художественной литературы в стихах и прозе, либо же исключая стихи и драматургию[1].

Словари русского языка выделяют три значения слова беллетристика: во-первых как обозначение художественной литературы в отличие от nonfiction: документальной и научной; во-вторых — как название прозы в отличие от поэзии и в-третьих — как название «лёгкого чтения» в отличие от «серьёзного». В качестве термина современного русского литературоведения беллетристика используется в значении, близком к третьему, хотя и более глубоком, не сводящемся к простому противопоставлению лёгкого и серьёзного[2].

Содержание

ЖанрПравить

Термин «беллетристика» часто упоминается в значении «массовой литературы», противостоящей «высокой литературе»[3]. Это противопоставление уходит корнями в статьи литературных критиков XIX века Виссариона Белинского и Дмитрия Писарева, которые иногда употребляли это слово по отношению к литературе, которая не вписывалась в рамки их социальных схем[4].

В широком смысле слова беллетристика противостоит публицистике, то есть документальному жанру, очень распространённому в литературных журналах XIX века. Поскольку «беллетристика» — французское слово, упомянутые критики часто использовали его в пренебрежительном ключе по отношению к литературе, которая воспевала буржуазные идеалы, а также «текст ради текста», «словесность ради словесности», где нет социального подтекста.

В узком смысле беллетристика — это лёгкая литература, чтение для отдыха, приятное времяпрепровождение на досуге.

Беллетристика представляет собой «срединное поле» литературы[4][3], произведения которого не отличаются высокой художественной оригинальностью и ориентированы на усреднённое сознание, апеллируют к общепринятым моральным и нравственным ценностям. Беллетристика тесно связана с модой и стереотипами, популярными темами, а также может касаться серьёзных и актуальных общественных вопросов и проблем. Типажи героев, их профессии, привычки, увлечения, — всё это соотносится с массовым информационным пространством и циркулирующими в нём представлениями большинства. Однако при этом, в отличие от массовой литературы,зачастую поставленной на «конвейер» с использованием «литературных негров», беллетристику отличает наличие авторской позиции и интонации, углубление в человеческую психологию[5]. Но чёткого разграничения между беллетристикой и массовой литературой нет[6].

В основном беллетристы отражают общественные явления, состояние общества, настроения, и очень редко проецируют свой собственный взгляд в это пространство. В отличие от классической литературы со временем такая литература теряет свою актуальность и, вследствие этого, популярность[7]. Существует мнение, что к беллетристике фактически относятся такие произведения классики советской литературы, например, как «Чапаев», «Железный поток», «Как закалялась сталь», «Поднятая целина», «Молодая гвардия»[4].

Беллетристику отличает занимательность содержания, она тяготеет к сюжетности, таким жанрам как дамский роман, детектив, приключения, мистика и т. д.[4] Новые способы изображения действительности, найденные в рамках беллетристики, неизбежно подвергаются тиражированию, превращаясь в признаки жанра[5]. Беллетристика как правило опережает по полярности те книги, которые остаются в истории литературы как литературная классика[8]. Немецкоязычное литературоведение оперирует понятию тривиальная литература, противопоставляя её литературе высокой. Признаком тривиальности считается использование тиражируемых сюжетных схем и клише, таких, как детектив, исторический роман или фантастика, и таким образом это понятие максимально близко к тому, что принято называть жанровая литература. Однако понятия жанровой и/или тривиальной литературы и беллетристики хотя и соприкасаются, но не идентичны. Книги в жанре исторического романа или фантастики могут быть как явлениями массовой, ремесленной литературы, так и серьёзной беллетристики[9].

Беллетристический подход с ориентацией на такие общепринятые ценности и проблемы как поиск жизненного пути, любовь, семья, дружба, предательство и т. д. оказывается востребованным в женской прозе[5]. В современной русской литературе здесь выделяются такие авторы как Галина Щербакова, Виктория Токарева, Дина Рубина, Ирина Муравьёва, Елена Долгопят[6].


Под «беллетризацией» понимают изложение документального материала с использованием приёмов художественного повествования[1]. Хотя о беллетризованной биографии как жанре литературы заговорили только в начале XX века в связи с творчеством таких авторов как Андре Моруа и Стефан Цвейг[10], элементы беллетристики были характерны уже для ранних памятников письменности, не являвшихся художественной литературой как таковой — летописей, житий святых и т. п. Именно подобная беллетризация и послужила одним из истоков современной изящной словесности[11].

ИсторияПравить

Хотя авторы художественных произведений различались по своему таланту всегда, «вертикальная» градация литературы, при которой можно отчётливо выделить второй, средний ряд авторов и произведений, и этот ряд становится серьёзным фактором литературного процесса — продукт нового времени, когда писательство окончательно осознаётся как профессия. В Европе такая градация произошла на рубеже XV и XVI веков, а в России — в конце XVIII столетия[12].

Впрочем сохранившиеся образцы античной литературы и такие труды, как «Поэтика» Аристотеля позволяют предположить что подобное деление имело место и тогда, хотя касалось оно в основном поэтических жанров в виду неразвитости традиций прозы. Тем не менее первые прозаические произведения античной художественной литературы тяготели имено к авантюрным жанрам и могут быть классифицированы, в отличие от эпоса и трагедии, как беллетристика или жанровая литература[13].

Во времена Предренессанса, вместе с возрождением художественной литературы как явления, можно наблюдать как упрощается рыцарский роман: идея противостояния чувства долгу, занимавшая основоположников жанра, теряется, а подвиг во имя прекрасной дамы превращается в литературное клише[14]. Формирование жанровых канонов прозаического рыцарского романа тесно связано с появлением спроса на индивидуальное чтение и появлением в XV веке книгопечатания[15]. Вместе с тем тиражирование литературных клише ведёт к накоплению недовольства жанровым каноном[14], что в случае рыцарского романа привело с одной стороны к появлению такого этапного произведения, как «Дон Кихот» Сервантеса[15], а с другой — к появлению такого нового приключенческого жанра как плутовской роман, в котором фантастика сказок и легенд уступает место реалистичности, а рыцарь — пройдохе[16].

Первые русские романисты-прозаики, появившиеся во второй половине XVIII века, на фоне господствовавшего тогда классицизма, уступают нишу «высокой литературы» поэтам, такими, как авторы од: Ломоносов и Державин. Фёдор Эмин пишет приключенческие «Похождения Мирамонда» где в сюжете элементы античности перемешаны со средневековьем[17][18], в цикле новелл и повестей «Пересмешник (Чулков)» Чулкова нравоучительные сюжеты чередуются с плутовскими[17][19], а Матвей Комаров в книге «Жизнь Ваньки Каина», следует традициям французского уголовного романа, основываясь при этом на документальном материале[17][20], Комаров также написал «Повесть о милорде Георге», пресловутом «милорде глупом» — оьразчик уже откровенно массовой литературы[21]. Виктор Шкловский так описал литературную вертикаль тех лет: «Высшее дворянство читает французскую прозу и имеет высокую русскую стихотворную культуру <…> Ниже этой группировки мы имеем группировку писателей-прозаиков. Работа этой группировки обслуживается преимущественно издательством Новикова. Ниже находится группировка Комарова-Захарова. И вся толща русской лубочной книги»[22]. И только в самом конце XVIII века, в 1790-е годы Карамзин приносит в русскую литературу образца высокой прозы[23].


Исаак Гурвич, рассуждая о беллетристике золотого века русской литературы, ставит знак равенства между реалистичной беллетристикой того времени м натуралистической школой. Если основоположника натурализма Золя иногда относят к ряду классиков мировой литературы, а иногда рассматривают как такого же мастера «жанра», как Дюма-отец или Жюль Верн, то его русских последователей, взявших на вооружение впервые опубликованный именно в России манифест «Экспериментальный роман», таких, как Амфитеатров или Боборыкин стабильно относят ко второму ряду русской литературы. Так Гурвич приводит мнение литературоведа В. И. Кулешова[24], который утверждает что натурализм, это «второстепенная, но никогда не иссякавшая линия» и видит её начало в творчестве таких прозаиков, творивших задолго до Эмиля Золя, как Михаил Чулков, тем самым расширяя[25]. Во второй половине XIX века, когда господствующим литературным течением становится реализм (в случае беллетристики — натурализм), место авантюрно-приключенческого романа, спустившегося в нишу массовой литературы занимает детектив. Произведения этого жанра, сохранив авантюрно-криминальную природу, во главу угла ставят не вопрос «как это случилось», но, следуя принципам «экспериментального романа», исследующего причинно-следственные связи в человеческом обществе, отвечают на вопрос «почему это произошло»[26].

Роль в литературном процессеПравить

См. такжеПравить

ПримечанияПравить

  1. 1 2 Беллетристика / И. Л. Попова // Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов. — М. : Большая российская энциклопедия, 2004—2017.
  2. Гурвич, 1991, I. Что есть беллетристика, с. 4.
  3. 1 2 Чупринин, 2007.
  4. 1 2 3 4 Николюкин, 2001.
  5. 1 2 3 Черняк, 2015, с. 15.
  6. 1 2 Черняк, 2015, с. 16.
  7. Черняк, 2015, с. 14.
  8. Гурвич, 1991, I. Что есть беллетристика, с. 5.
  9. Гурвич, 1991, I. Что есть беллетристика, с. 6.
  10. Черняк, 2015, Беллетризованная биография, с. 17-20.
  11. Лурье Я. С. и др. У истоков русской беллетристики. — Наука, 1970. — 596 с. — 3800 экз.
  12. Гурвич, 1991, II. Развитие беллетристики, с. 7.
  13. Гурвич, 1991, II. Развитие беллетристики, с. 7-8.
  14. 1 2 Гурвич, 1991, II. Развитие беллетристики, с. 9.
  15. 1 2 Гурвич, 1991, II. Развитие беллетристики, с. 10.
  16. Гурвич, 1991, II. Развитие беллетристики, с. 10-11.
  17. 1 2 3 Гурвич, 1991, II. Развитие беллетристики, с. 12.
  18. Стенник и Степанов, 1980, 3. Демократическая проза 1760-х годов, с. 596-597.
  19. Стенник и Степанов, 1980, 3. Демократическая проза 1760-х годов, с. 598-606.
  20. Стенник и Степанов, 1980, 3. Демократическая проза 1760-х годов, с. 604.
  21. Гурвич, 1991, II. Развитие беллетристики, с. 13.
  22. Шкловский В. Б. Чулков и Левшин. — Л., 1933. — С. 44.
  23. Гурвич, 1991, II. Развитие беллетристики, с. 13-16.
  24. Кулешов В. И. Натуральная школа в русской литературе. — М., 1965.
  25. Гурвич, 1991, II. Развитие беллетристики, с. 23-26.
  26. Гурвич, 1991, III. Поэтика беллетристики, с. 44.
  27. Черняк, 2015, Мидл-литература, с. 110-111.

ЛитератураПравить

СсылкиПравить