Открыть главное меню

«Кровавое кимоно» (англ. The Crimson Kimono) — фильм нуар режиссёра Сэмюэла Фуллера, вышедший на экраны в 1959 году.

Кровавое кимоно
The Crimson Kimono
Постер фильма
Жанр Фильм нуар
Режиссёр Сэмюэл Фуллер
Продюсер Сэмюэл Фуллер
Автор
сценария
Сэмюэл Фуллер
В главных
ролях
Виктория Шоу
Глен Корбетт
Джеймс Шигета
Оператор Сэм Ливитт
Композитор Гарри Закман
Кинокомпания Глоуб Энтерпрайсез
Коламбиа пикчерс (дистрибуция)
Длительность 82 мин
Страна  США
Язык английский
Год 1959
IMDb ID 0052713

Фильм рассказывает о двух детективах Департамента полиции Лос-Анджелеса, близких друзьях и боевых товарищах со времён Корейской войны — Чарли Бэнкрофте (Гленн Корбетт) и Джо Коджаку (Джеймс Шигета). В ходе расследования убийства популярной стриптизёрши оба детектива влюбляются в одну из свидетельниц по делу, художницу Кристин Даунс (Виктория Шоу). Отношения любовного треугольника осложняются межрасовыми противоречиями. Деликатный по характеру Джо, который является этническим японцем, ошибочно предполагает, что Кристин по расовым причинам предпочитает более мужественного белого американца Чарли. Взаимное недопонимание на этой почве приводит к острому конфликту между двумя друзьями.

Тема расовых предрассудков в той или иной степени затрагивалась в фильмах нуар «Перекрёстный огонь» (1947), «Выхода нет» (1950), «Штормовое предупреждение» (1951), «Печать зла» (1958), «Ставки на завтра» (1959) и других[1], а тема отношений белых американцев и японцев затрагивалась, в частности, в нуарах «Дом из бамбука» (1955) и «Плохой день в Блэк Роке» (1955)[2].

Содержание

СюжетПравить

В вечернем Лос-Анджелесе на улице Мейн-стрит, в районе, известном как Маленький Токио, популярная стриптизёрша Шюгар Торч (Глория Пэлл) после выступления открывает дверь в свою гримёрку, и в этот момент оттуда в неё стреляют. Шюгар успевает захлопнуть дверь и выбежать на улицу, однако в неё стреляют вновь, и она падает замертво среди интенсивного потока машин. На место преступления прибывают два детектива из отдела убийств Департамента полиции Лос-Анджелеса — Чарли Бэнкрофт (Гленн Корбетт) и Джо Коджаку (Джеймс Шигета). Они подробно беседуют с менеджером актрисы, который рассказывает, что Шюгар готовила новый номер, с которым собиралась покорить Лас-Вегас. По сюжету она в кроваво-красном кимоно исполняет традиционный японский танец, за ней тайно наблюдает мастер карате. Затем на сцене появляется её возлюбленный самурай, которого вышедший из укрытия каратист убивает одним ударом. После этого каратист подходит к Шюгар, но она в горе падает на тело мёртвого воина. Тогда каратист в ярости убивает и её, после чего уходит. Осматривая гримёрку погибшей, среди нескольких картин на японскую тематику Чарли обращает внимание на только что законченный портрет Шюгар в образе гейши в кроваво-красном кимоно в сцене из нового номера. На картине стоит подпись автора — Крис, однако менеджер не знает, кто писал картину, и рекомендует обратиться к Мэк. Джо Коджаку — американец японского происхождения, он вырос в Маленьком Токио и знаком со многими представителями японской диаспоры в этом районе. Джо приходит в местную секцию боевых единоборств, где занимается и сам, быстро выясняя, что один из бойцов был приглашён на роль самурая в номере Шюгар. Этот боец ничего не знает про портрет и про его автора, сообщая лишь, что роль каратиста должен был исполнять кореец по имени Шуто. Тем временем Чарли приходит в мастерскую к Мэк (Анна Ли), художнице-монументалистке, которая отличается экстравагантными высказываниями и любовью к алкоголю. Чарли, который хорошо знаком с Мэк, приносит ей бутылку бурбона и просит выяснить, кто такой Крис и где его найти. На следующее утро Мэк звонит Чарли домой, сообщая, что Крис изучает изобразительное искусство в Университете Южной Калифорнии. В большой квартире, которую Чарли делит с Джо, он сообщает напарнику, что получил от Мэк хорошую наводку. Затем, когда речь заходит о девушках, Джо утверждает, что у Чарли нет никаких шансов в отношениях с девушкой японского происхождения и воспитания, потому что они никогда не поймут друг друга из-за различий на ментальном уровне. В Университете Чарли с удивлением выясняет, что Крис — это молодая привлекательная женщина по имени Кристина Даунс (Виктория Шоу). Ничего не подозревающей художнице он сообщает, что «кто-то прострелил её картину, а затем — шею Шюгар». Тогда Крис рассказывает ему, что пару недель назад на выставке японского искусства она познакомилась с неким мистером Хэнселом, который заказал у неё портрет Шюгар, заплатив за него 75 долларов. Крис не знает, где мистер Хэнсел живёт или работает, сообщая лишь, что ему около 30 лет, он брюнет с карими глазами, и он отлично разбирается в японской культуре. По словам Крис, она писала портрет Шюгар у неё дома в присутствии Хэнсела, который принёс кимоно и веер. По просьбе Чарли Крис набрасывает по памяти портрет Хэнсела. Во время работы над портретом Крис и Чарли улыбаются друг другу, между ними возникает определённая симпатия. В поисках Шуто Джо обходит различные места в Маленьком Токио, наконец, около одной из католических школ он встречает двух монахинь, которые вспоминают, что какой-то «странный, испуганный кореец искал Джорджа Йошинагу, который пришёл и увёл его». Чарли и Крис приезжают к полицейскому департаменту, расположенному по соседству с Маленьким Токио, где, как сообщает Чарли, у американцев японского происхождения с завтрашнего дня будет проходить фестиваль — Неделя нисэй, которая включает вставку кукол, показательные бои по дзюдо и кендо, а также красочный парад по центральной улице. Чарли приглашает Крис вместе посетить фестиваль. Джо приезжает на кладбище, где со времён Второй мировой войны хоронят американских солдат японского происхождения. У могилы сына, погибшего смертью храбрых на Корейской войне в 1950 году, мистер Йошинага отдаёт ему дань памяти. Затем он идёт в буддийский храм на частную поминальную службу по сыну, после чего ведёт Джо по Маленькому Токио в пекарню, где работает Шуто. Увидев детектива, Шуто в панике бежит, затем нападает на преследующего его Джо, хватает и бросает его, после чего скрывается. По телевизору показывают выполненный Крис портрет мистера Хэнсела, сообщая, что полиция Лос-Анджелеса разыскивает этого человека. Вечером Джо возвращается в полицейское управление, где Чарли и Крис просматривают архивные альбомы с фотографиями преступников в поисках Хэнсела. Затем, по предложению Чарли они проводят опознание некоторых задержанных лиц, похожих на Хэнсела, однако это ничего не даёт. Вечером Чарли приходит вместе с Крис в японский бар напротив полицейского управления, где их ожидает Мэк. Вскоре приходит и Джо, говоря, что так и не нашёл Шуто. Мэк обеспокоена тем, что если Хэнсел увидел свой портрет по телевизору, то он может попытаться убить Крис. В гостиной женского общежития подруги Крис обсуждают с ней портрет Хэнсела, опубликованный в газетах с подписью, что это возможный любовник и убийца Шюгар. В этот момент Крис ей звонит мистер Хэнсел, угрожающе заявляя, что, возможно, она нарисовала свой последний рисунок. Во время разговора кто-то направляет на Крис пистолет и стреляет сквозь открытое окно. После этого случая детективы решают, что будет безопаснее, если Крис временно переедет в их квартиру. Дома в компании Чарли Крис продолжает просматривать картотеку преступников, а Чарли рассказывает ей, что познакомился с Джо на фронте, где тот служил под его началом. Раздаётся звонок в дверь, от которого Крис вздрагивает, а затем закрывается в комнату и плачет. Чарли заходит к ней, утешает, а затем и целует её. В этот момент раздаётся телефонный звонок от Джо, и Чарли немедленно уходит. Оказывается, в одной из биллиардных Маленького Токио Джо наконец нашёл Шуто, который не на шутку разбушевался и крушит всё кругом. В конце концов, Джо вместе с подоспевшим Чарли удаётся одержать верх над Шуто и уложить его на пол несколькими ударами карате. Джо и Шуто обмениваются несколькими фразами на японском языке. Джо и Чарли приходят в публичную библиотеку Лос-Анджелеса, руководитель которой узнал Хэнсела по фотографии и позвонил в полицию. Он уверяет, что Хэнсел, которого на самом деле зовут Пол Сэнд, является одним из ведущих специалистов по азиатской культуре, спокойным нормальным человеком, который не мог никого убить. Однако когда детективы просят пригласить Сэнда в кабинет, выясняется, что он утром уволился. Джо и Чарли с портретом Хэнсела продолжают его розыски, обходя точку за точкой в Маленьком Токио. Наконец, они оказываются на фабрике по производству японских кукол, где их просят обождать сотрудницу, которая сможет им что-то подсказать. Во время паузы Чарли сообщает Джо, что, кажется, влюбился в Крис, и, по его мнению, их чувства взаимны. Вскоре на фабрике появляется Рома Уилсон (Жаклин Грин), которая делает парики для кукол. Детективы объясняют ей, что получили информацию, что у Хэнсела есть знакомая, которая делает восточные парики. На показанном рисунке она узнаёт Хэнсела, но говорит, что знает о нём только по газетам. Когда Чарли срочно отбывает на встречу со своим информатором Зигги, Джо остаётся дома вдвоём с Крис. Он рассказывает ей, что они с Чарли оба занимаются кендо. Затем по её просьбе он садится поиграть на фортепиано. Японская музыка в исполнении Джо трогает Крис. Джо рассказывает, что его отец был художником и лирично рассказывает о его пейзажах. Они беседуют о Рембрандте и Да Винчи, восхищаясь ими, после чего обсуждают картину Крис. Крис называет Джо очень чувственным и спрашивает, есть ли у него девушка. Джо хочет сказать, что ему нравится она, но сдерживается. Крис говорит ему, чтобы он не противостоял своей любви. Однако Джо молчит и снова садится за инструмент. Джо и Крис понимают, что любят друг друга. Зигги рассказывает Чарли, что пару раз видел Шюгар в компании Хэнсела, показывая дом и квартиру, куда они заходили. Чарли вышибает дверь в эту квартиру, однако застаёт там только молодую женщину с ребёнком, которая сообщает, что Хэнсел снимал здесь комнату, но 10 минут назад ушёл с вещами и больше не вернётся. Джо приходит в буддийский храм за советом. Он сознаётся священнику, что любит Крис. Священник предполагает, что проблема в том, что она не японка, однако Джо говорит, что дело не в этом. Проблема в том, что он не имеет права любить её, не хотел влюбляться, но влюбился. Ночью во время очередного обхода домов в Маленьком Токио Джо ведёт себя очень замкнуто и угрюмо, тоскует и не может сосредоточиться на работе, и Чарли не может узнать своего друга. Тем временем Крис беседует с Мэк, спрашивая, любила ли та мужчину другой культуры и другой расы, и волновали ли её партнёра различия между ними. Мэк говорит, что её мужчину это не волновало, а вот его отца волновало очень. Затем Крис сознаётся, что любит Джо, и он об этом знает, но ничего ей не ответил, просто опешил от её намёков. Крис полагает, что такое его поведение связано с тем, что он — японец. Она это поняла по тому, как он говорил во время их объяснения — он был растерян и практически напуган. Однако Мэк объясняет ей, что дело не в расовых различиях, а в Чарли, который любит Крис, и который уже рассказал об этом и ей, и Джо. По её словам, чтобы понять Джо, надо понять, что для него значит Чарли. На войне они не раз спасали друг друга от смерти, они неразделимы. Крис говорит, что теперь всё поняла, и думает, что сможет разрешить эту проблему, рассказав обо всём Чарли. Чарли возвращается с вечернего обхода один, говоря, что c Джо что-то не в порядке. Когда Мэк уходит, Чарли спрашивает у Крис, было ли вчера вечером что-либо между ней и Джо. Как Чарли предполагает, настроение Джо могло так резко измениться из-за того, что она могла каким-то образом оскорбить национальные чувства японцев. Растерявшаяся таким поворотом разговора, Крис говорит, что не могла такого сделать, и в этот момент он её целует, обнимает, просит прощения и уходит. Входит Мэк и говорит: «Любовь это война, кто-то неизбежно останется с разбитым носом». На Неделе Нисэи Джо и Чарли, как два лучших спортсмена прошлого года, выходят на бой по кендо. Хотя их поединок носит показательный характер, Джо удивляет всех, когда в припадке ярости, нарушая все правила, жёстко нападает на своего друга и даже лишает его сознания. Оставшись после боя в раздевалке наедине, Джо признаётся Чарли, что любит Крис. Он также говорит, что она любит его, но он не мог себе позволить даже обнять её. Своё поведение в последние дни Джо объясняет тем, что слишком долго сдерживал свои чувства, которые гложут его изнутри. Чарли поднимает глаза и серьёзно спрашивает Джо, намерен ли тот жениться на Крис. Этот вопрос и спокойный взгляд Чарли выводят Джо из себя, он требует, чтобы тот признал своё поражение, и, не дождавшись ответа, уходит. Дома, собирая вещи, Джо говорит Крис, что реакция Чарли была не проявлением ревности, иначе бы он вспылил, и что он видел его глаза. Крис считает, что Джо видел только то, что хотел увидеть, и она понимает, что Чарли чувствовал в тот момент. Однако Джо стоит на своём. Его вывели из себя именно глаза Чарли, таким его он раньше никогда не видел. Крис уверяет его, что он ошибается, однако Джо ничего не слушает. Джо говорит, что его охватило новое для него чувство, первый раз он задумался, над тем, кто он такой, хотя родился и вырос в Америке. Он говорит: «Я американец, но в глубине души — кто я. Японский американец — американский японец? Если ты скажешь, что не хочешь меня знать, я пойму. Но что я не могу понять — это отношение Чарли. Я не знал, что он думает обо мне все эти годы, что он говорил за моей спиной? Если он так думает, чего мне ожидать от тебя?» Крис отвечает Джо, что любит его и готова ради него на всё. Она пытается ещё раз убедить Джо, что он видит только то, что хочет видеть, однако Джо говорит «прощай», берёт чемодан и уходит. Чарли находит Джо в японском домике напротив полицейского управления и предлагает поговорить, но тот отказывается. Джо ждёт извинений, но Чарли говорит, что ему не за что извиняться. Чарли говорит, что не знал про него и Крис и разозлился только из-за ревности, а не по какой-то другой причине. Джо решил немедленно уволиться из полиции, но Чарли уговаривает его довести расследование до конца. В этот момент появляется Крис, ещё раз пытаясь его убедить, что он ошибается, и в этот момент она случайно замечает в уличной толпе Хэнсела. Они бросаются за ним в погоню. Они оказываются на параде нисэй, затем проходят на выставку кукол, где в служебном помещении задерживают Хэнсела. Однако тот говорит, что с Шюгар у него были сугубо деловые отношения, которые он скрывал, чтобы не потерять работу в библиотеке. Шюгар использовала его исключительно как специалиста по востоку, он придумал ей номер и консультировал её по его постановке, за что на ему заплатила. Однако он не убивал Шюгар. Кроме того, он не мог стрелять и в Крис, так как в тот момент звонил ей по телефону. Неожиданно входит Рома, и, угрожая оружием, говорит, что она с Хэнселом уходит. Когда Чарли пытается достать свой пистолет, она стреляет в него и убегает. Начинается погоня сквозь парад красочное шествие парада нисэй. Джо почти догоняет Рому, она стреляет, но он ответным выстрелом он серьёзно ранит её и она падает. Тяжело раненая Рома на руках у Джо признаётся, что Хэнсел принадлежал ей, пока не появилась Шюгар и не забрала его. Рома пошла на представление и поняла, что не может с ней соперничать. Решив, что Хэнсел предпочёл ей стриптизёршу, Рома убила соперницу из ревности, и только позднее поняла, что между Шюгар и Хэнселом не было ничего, кроме деловых отношений, он не любил её, ни разу к ней не прикоснулся. Рома всё это выдумала, она думала, что противна ему, ей казалось, что она видела это в его глазах. Но она ошибалась. После того, как Рому увозит скорая помощь, Джо находит Чарли и пересказывает ему её признание, а затем просит у Чарли прощения. На вопрос Джо, партнёры ли они по-прежнему, Чарли говорит «нет». Чарли говорит, что никогда не простит ему Крис, но что касается работы, то рад за него. Крис бросается в объятия Джо, и они целуются, а Чарли уходит выпить вместе с Мэк.

В роляхПравить

Создатели фильма и исполнители главных ролейПравить

По словам кинокритика Джереми Арнольда, кинорежиссёр, сценарист и продюсер Сэм Фуллер «создал много низкобюджетных фильмов, затрагивавших сложные и спорные темы», в которых «сочетались грубая сила и ум, что редко удавалось другим кинематографистам»[3]. К числу лучших работ Фуллера относятся шпионский фильм нуар «Происшествие на Саут-стрит» (1953), нуар «Дом из бамбука» (1955), который, как и этот фильм затрагивает тему отношений между американцами и японцами, а также острые проблемные криминальные драмы «Подпольный мир США» (1961), «Шоковый коридор» (1963), «Обнажённый поцелуй» (1964) и «Белая собака» (1982)[4].

Актриса Виктория Шоу сыграла свои наиболее заметные роли в музыкальной биографической драме «История Эдди Дучина» (1956), криминальной драме «Край вечности» (1959), молодёжной драме «Потому что они молодые» (1960), а позднее — в фантастическом триллере «Западный мир» (1973)[5]. Гленн Корбетт и Джеймс Шигета этим фильмом дебютировали в большом в кино. В дальнейшем Корбетт стал известен по главным ролям в фильме ужасов «Убийственный» (1961) и вестерне «Шинэндоа» (1965), но в основном он работал на телевидении, где в частности, играл главные роли в сериалах «Это мужской мир» (1962-63), «Шоссе 66» (1963-64), «Дорога на Запад» (1966-67), «Полицейская история» (1974-76) и «Даллас» (1983-88)[6]. После этого фильма Джеймс Шигета сыграл свои наиболее заметные роли в мелодраме «Мост к солнцу» (1961) и мюзикле «Песня барабана цветов» (1961), а позднее — в криминальном боевике «Якудза» (1974) и знаменитом экшн-триллере «Крепкий орешек» (1988). Анна Ли известна ролями второго плана, а также главными ролями в фильмах категории В, в частности, в фильмах ужасов «Человек, изменивший свой разум» (1936) и «Бедлам» (1946), военной драме «Палачи тоже умирают!» (1943) и мелодраме «Летняя буря» (1944). Как отмечает Джереми Арнольд, "только Сэм Фуллер мог убедить прекрасную Анну Ли (одну из немногих актрис в именем в составе исполнителей) «скрыть свою красоту и женственность», сыграв Мэк, «жующую сигару женщину-муралистку со Скид роу», которая произносит памятную фразу: «Любовь — это как поле боя. Кто-то должен остаться с разбитым носом»[3].

Работа над фильмомПравить

Как пишет Джереми Арнольд, в своих посмертно опубликованных мемуарах «Третье лицо» Фуллер вспоминал, что шеф студии «Коламбиа пикчерс» Сэм Брискин был озабочен расовыми аспектами истории, утверждая, что «среднему американскому зрителю будет трудно это принять» и просил Фуллера «сделать белого парня немного сукиным сыном». На это Фуллер возражал: «Девушка выбирает японца потому, что он её мужчина, а не потому, что белый парень — сукин сын. Сама идея фильма заключается в том, что оба мужчины являются хорошими копами и хорошими гражданами. Просто так получается, что девушка влюбляется в нисэи (японо-американца). Это вопрос химии между ними». В своих мемуарах Фуллер поясняет, что «пытался сделать нетрадиционный любовный треугольник, окрашенный „обратным расизмом“, своеобразными предрассудками, которые столь же прискорбны, как и откровенная расовая нетерпимость. Я хотел показать, что белые не являются единственными, кто подвержен расистским мыслям»[3]. По мнению критика, «до студии так и не дошло», что Фуллер пытался сделать и сказать этим фильмом. В итоге, как выразился Фуллер, фильм «был выпущен просто как очередная голливудская эксплуатационная картина категории В» с сенсационными слоганами на постерах типа «Почему она выбрала японского любовника?»[3].

Арнольд выделяет в фильме «две особенно впечатляющие сцены». Первая — «в самом начале, в которой полуобнажённая стриптизёрша выбегает на улицу, где её убивают. Фуллер снимал её в центре Лос-Анджелеса с реальными прохожими и машинами, он впоследствии называл эту сцену „самой трудной и опасной из тех, которые когда-либо снимал“». Фуллер следующим образом описывал драматические обстоятельства постановки этой сцены: «Я установил три скрытые камеры (в грузовике, в машине и на крыше здания) таким образом, чтобы зафиксировать подлинную реакцию людей, которые видели почти обнажённую девушку, бегущую между Шестой и Мейн-стрит. Большинство людей, мимо которых она пробегала, даже не оборачивались. Я хотел, чтобы она упала… прямо посреди движущихся машин. Это был реальный городской траффик, за исключением пары каскадёров-водителей, которые знали, что перед их машиной выбежит обнажённая девушка, которую застрелят». Всё было точно просчитано по времени. Когда девушка выскочила перед каскадёрами, «я выстрелил из пистолета в воздух, и она упала. Сразу же после этого мы посадили её в машину и уехали. Многие слышали выстрел, видели, как девушка упала, и вызвали полицию. Приехали копы и стали искать тело стриптизёрши»[3].

Второй памятный эпизод — это «захватывающий бой на мечах кендо между двумя копами, в котором Джо заходит слишком далеко и безжалостно набрасывается на Чарли». Фуллер считал эту сцену одной из самых важных в картине, так как «она показывает эмоции Джо, существенные для моей истории. Джо выходит за рамки основополагающих правил поведения, которые развивались в японской культуре на протяжении двух тысяч лет. Он наносит удар по своему лучшему другу и по основополагающим нормам морали своего народа. Человек, настолько вышедший за рамки, переживает ужасную боль. Джо выпускает на волю эмоции, и может никогда не прийти к уравновешенному состоянию. Я хотел показать, что насилие направлено настолько же против него самого, как и против его друга»[3].

Фуллер также обращал внимание на то, как он выстраивал музыку в кульминационной сцене погони по Маленькому Токио. Он рассказывал: «В параде в финальной цене участвуют несколько оркестров — один играет классическую музыку, один играет японскую музыку, один играет джазовую музыку, и так далее. На каждом монтажном стыке планов убийцы и её преследователя музыка меняется. Это вносило ноту диссонанса и хаоса, которой я хотел добиться»[3].

Оценка фильма критикойПравить

Общая оценка фильмаПравить

Наибольшее впечатление на критиков как на момент выхода картины на экраны, так и позднее, произвело соединение жанра фильм нуар с острой постановкой проблемы межрасовых культурных противоречий в американском обществе, в частности, взаимоотношений белых американцев и американцев японского происхождения. В частности, журнал «Variety» отметил стремление Фуллера «обернуть детектив межрасовым романом», при этом «детективная составляющая фильма теряется в сложностях любовного романа, а призыв к расовой терпимости теряет в весомости от включения его в фильм, который в остальном является чистым боевиком»[7].

Со временем фильм стал оцениваться в основном положительно. Джереми Арнольд, назвав картину «городской полицейской историей, которая в действительности является историей об „обратном“ расизме», назвал картину «одним из шедевров Фуллера», который умел затронуть в низкобюджетных фильмах сложные общественные проблемы[3]. Том Уик назвал картину «идеальной фуллеровской смесью крепкого бульварного нуара, чрезмерного мелодраматизма и упорной социальной критики», особенно выделив «завершающий картину отважный продолжительный межрасовый поцелуй, наносящий более мощный удар, чем что-либо в нынешних серьёзных социальных фильмах»[8]. Деннис Шварц также обращает внимание на то, что «Фуллер сочетает городскую криминальную историю с межрасовым любовным треугольником». Давая оценку фильму, он пишет, что «это хорошая работа Фуллера, мрачная и одновременно отражающая расовое разделение в стране». Однако, по мнению рецензента, «проблема заключается в том, что детективная история так и не получила своего развития, будто бы она была просто добавлена в фильм задним числом»[9].

Проблематика фильмаПравить

Том Уик отмечает, что «снятый в Маленьком Токио (район Лос-Анджелеса) и его окрестностях, фильм содержит удивительно сложный взгляд на расовые и культурные предрассудки, а также предлагает резкий и прямой, почти циничной взгляд на человеческие отношения»[8]. Шварц добавляет что «в своём нелицеприятном стиле Фуллер доводит до сознания необходимость расовой терпимости, а также говорит о чувстве отчужденности в городах как об острой проблеме современного общества»[9]. Журнал «TimeOut» полагает, что в картине «Фуллер развивает свою тему городской отчуждённости: здесь смешаны общая панорама города, культура и сексуальная неопределённость, отправляя детектива, японца по происхождению, в кошмар самоизоляции и ревности»[10].

Оценка работы режиссёра и актёровПравить

«TimeOut» обращает внимание на «дар Фуллера сплетать поэтичный нигилизм из собственного журналистского видения городской преступности», свидетельством чего являются «некоторые прекрасные моменты, такие как дисциплинарно строгий поединок по кендо, который перерастает в анархию садизма, а также продуманная операторская работа»[10]. «Variety» назвал исполнение тремя главными актёрами их «не слишком простых ролей убедительным даже в те моменты, когда достоверность происходящего вызывает значительные сомнения»[7].

ПримечанияПравить

СсылкиПравить