Суинфорд, Екатерина

Екатерина (Кэтрин) Суинфорд (англ. Katherine (Catherine) Swynford), урождённая Екатерина де Роэ (англ. Katherine de Roet; ок. 1350 — 10 мая 1403) — дочь рыцаря из Эно Пейна де Роэ, 3-я жена Джона Гонта, 1-го герцога Ланкастера. Екатерина воспитывалась при английском королевском дворе, позже оказалась на службе у Бланки Ланкастерской, первой жены Джона Гонта. После смерти Бланки стала любовницей герцога, родив ему четырёх детей, которые носили фамильное прозвание Бофорт. После смерти второй жены Гонта английский король Ричард II позволил дяде жениться на давней любовнице, а все родившиеся до этого дети были легитимизированы папской буллой.

Екатерина Суинфорд
англ. Katherine (Catherine) Swynford
Могила Екатерины Суинфорд и её дочери Джоанны в Линкольнском соборе. Иллюстрация 1640 года
Могила Екатерины Суинфорд и её дочери Джоанны в Линкольнском соборе. Иллюстрация 1640 года
Герб Екатерины, герцогини Ланкастерской, с 1396 года
Герб Екатерины, герцогини Ланкастерской, с 1396 года
герцогиня Ланкастер
13 января 1396 — 3 февраля 1399
Рождение ок. 1350
Смерть 10 мая 1403(1403-05-10)
Линкольн, Линкольншир, Англия
Место погребения Линкольнский собор
Род Роэ
Отец Пейн де Роэ
Супруг 1-й: Хью Суинфорд
2-й: Джон Гонт
Дети От 1-го брака: Бланка Суинфорд, Маргарет Суинфорд, Дороти Суинфорд, Томас Суинфорд
От 2-го брака: Джон де Бофорт, Генри де Бофорт, Томас де Бофорт, Джоанна де Бофорт
Логотип Викисклада Медиафайлы на Викискладе

Екатерина является предком всех английских (а позже и британских) королей, начиная с Эдуарда IV.

ПроисхождениеПравить

Отцом Екатерины был Пейн (Пан) де Роэ — рыцарь из Эно, который приехал в Англию вместе с Филиппой Геннегау, вышедшей замуж за короля Эдуарда III. Его происхождение документально не зафиксировано. Родовое прозвание Пейна было Роэ (фр. Roët). На его основании высказывалось предположение, что он был связан родством с могущественным родом сеньоров Рё, владевших сеньорией в графстве Эно (Геннегау), название которой писалось по разному: Rouet, Roëlt, Ruet. Происхождение этого рода прослеживалось до Карла Великого. Их владения были в основном сосредоточены около города Ле-Рё, располагавшегося в восьми милях к северо-востоку от Монса. Также в состав их владений входил Ру[en] в 40 милях к востоку от Монса и Форёльс[fr] в 20 милях к югу. Однако, по мнению историка Элисон Уэйр, есть основания сомневаться в данной версии происхождения Пейна: хронист Жан Фруассар, который сам был из Эно, скорее всего был прекрасно осведомлён о его происхождении, но не указывает на его знатность. В качестве отца Пейна он указывает некоего Жана де Роэ (умер в 1305), сына Юона де Роэ (фр. Huon de Roët). Ни у одного из них Фруассар не приводит никаких титулов. В то же время Уэйр отмечает, что полностью отбрасывать эту версию нельзя: Пейн действительно мог происходить из младшей линии рода Рё, поскольку написание родовых прозваний Roeulx и Roët достаточно схоже и они вполне могли быть взаимозаменяемыми. Кроме того, имя Жиль, которое получил при крещении Пейн, достаточно часто встречалось в роду сеньоров Рё[1].

Дополнительным доказательством возможного родства Пейна с сеньорами Рё являются геральдическое сходство гербов Пейна и сеньоров Рё. Герб города Ле-Рё (фр. Le-Roeulx) представляет собой золотого льва на зелёном поле с колесом в лапе, что является игрой слов: на французском roue — колесо. Эту же тему переняла и семья Пейна: герб его дочери, Екатерины Суинфорд, представлял собой 3 золотых колеса на красном поле, однако судя по геральдическим эмблемам на облачениях, подаренных ей Линкольнскому собору, на её гербе до 1396 года, когда она вышла замуж за Джона Гонта, были три простых серебряных колеса; вероятно она унаследовала этот герб от отца[1].

Судя по описанию его эпитафии, Пейн был какое-то время герольдмейстером Аквитании. В Англии он находился на службе у королевы Филиппы. После начала в 1340 году Столетней войны он в составе английской армии принимал в ней участие на ранних этапах, в том числе сражался в битве при Креси и осаде Кале. Не позже 1349 года Пейн вернулся в Эно, где служил графине Маргарите I, сестре королевы Филиппы[1].

Относительно матери Екатерины достоверной информации нет. По некоторым сведениям Пейн был женат дважды. И высказывалось предположение, что одна из его жён была родственницей королевы Филиппы, но документального подтверждения данной версии не существует[К 1]. Э. Уэйр считает, что от первой жены Пейна родилось двое детей: старшая дочь Изабелла (Элизабет), которая стала пребендарием весьма влиятельного аббатства Святой Вальдетруды в Монсе (что, по мнению Уэйр, является доказательством тесной связи Пейна с правящим семейством Эно), и сын Уолтер. Матерью же Екатерины и ещё одной дочери Филиппы[en], которая вышла замуж за известного английского поэта Джефри Чосера, по мнению Уэйр была вторая жена Пейна[1][3][4].

ЮностьПравить

Год рождения Екатерины документально не упоминается. В 1631 году Джон Уивер утверждал, что Екатерина Суинфорд была старшей из дочерей Пейна, однако в таком случае ей в момент первого брака тогда было бы минимум 28 лет, что было достаточно много для первого брака в то время. Э. Уэйр считает, что Уивер не знал о существовании Элизабет де Роэ, а из двух остальных дочерей Екатерина была старшей[1]. Автор статьи о Екатерине в «Oxford Dictionary of National Biography» считает, что Екатерина родилась около 1350 года[3], с чем соглашается и Уэйр. Возможный год её рождения они высчитывают исходя из того, что Екатерина первый раз вышла замуж около 1362/1363 года и около 1363/1364 года родила первого ребёнка, а каноническим возрастом, при котором девушка могла выйти замуж и иметь супружеские отношения с мужем, в то время был 12 лет. Дальше Уэйр уточняет, что скорее Кэтрин родилась в 1349 году. Назвали её, вероятно, в честь святой Екатерины, культ которой в это время набирал силу[1].

Местом рождения Екатерины иногда называют Пикардию, с чем не соглашается Э. Уэйр. Данная ошибка, по её мнению, возникает из-за того, что некоторые историки путают Филиппу де Роэ, сестру Екатерины, находившуюся на службе у королевы Филиппы, с Филиппой Пикард, однако это совершенно разные личности. Екатерина, вероятно, родилась в графстве Эно, на что указывает сообщение хрониста Фруассара, называющего её жительницей Эно, а хронист Генри Найтон называет её «некоей иностранкой». Возможно, что местом рождения Екатерины были земли её отца недалеко от Монса[1].

В 1351 году её отец находился на службе у графини Маргариты I де Эно. Однако положение графини в Эно было достаточно шатким: в 1350 году она отказалась от претензий на графства Голландия, Зеландия и Фрисландия в пользу своего второго сына, Вильгельма, надеясь сохранить Эно под своим управлением. Однако весной 1351 года Вильгельм захватил и Эно, сторонники Маргариты были изгнаны, их замки разрушены, а должности переданы другим. В декабре Маргарита, надеясь заручиться поддержкой Эдуарда III, бежала в Англию, в числе других её сопровождал и Пейн. С учётом неопределённости в Эно, он, вероятно, взял с собой всю свою семью — жену (если она ещё была жива) и детей, кроме Элизабет, которая осталась в своём монастыре[1].

Вскоре Маргарита договорилась с Вильгельмом. По условиям соглашения ей было возвращено Эно. Сам Вильгельм в начале 1352 года приехал в Англию, где женился на Матильде (Мод) Ланкастерской, близкой родственнице короля Эдуарда III. В марте Маргарет вернулась в Эно, её сопровождал и Пэйн. Но после августа 1352 года его упоминания полностью пропадают из современных ему источников. Уйэр считает, что он умер в начале 1355 года, поскольку именно тогда его сын Уолтер перебрался со службы у графини Эно на службу к Эдуарду Чёрному принцу, старшему сыну и наследнику Эдуарда III и Филиппы де Эно[1].

Дочери же Пэйна, вероятно, остались в Англии на попечении королевы Филиппы. Воспитание Екатерины при королевском дворе подтверждается сообщением Фруассара, который указывает на то, что она с юности воспитывалась при княжеских дворах, а также ссылкой в реестре Джона Гонта медсестру Екатерины по имени Агнес Бонсержан, которая, скорее всего, была назначена королевой для заботы о юной девочке[5].

Королева Филиппа, «благородная и добрая женщина», которой в то время было больше 40 лет, была матерью 12 детей, младший из которых, Томас Вудсток, родился в 1355 году. Кроме того, на ее воспитании было несколько других детей из благородных семей. Она интересовалась литературой и искусством, занималась благотворительностью, «была щедрой, доброй, мудрой и смиренно набожной дамой». Хотя многие юные девушки достаточно часто отправлялись для получения образования и обучения хорошему поведению и домашним навыкам в монастыри, нет никаких свидетельств о том, что Екатерина когда-нибудь была в монастыре. Фруассар сообщает, что она с юности воспитывалась при княжеских дворах. При этом Филиппа знала голландский и французский язык, на которых говорили в Эно, но Екатерина и Филиппа, несомненно, достаточно быстро освоили и нормандский диалект французского языка, который в это время был официальным языком английского двора. Вскоре он начал вытесняться английским языком, который в 1362 году стал использоваться при дворе, а в 1363 году — в английском парламенте, а также на нём стали создаваться литературные произведения. Впрочем, нормандский диалект французского языка продолжал до начала XV века использоваться английской знатью в повседневной жизни и для писем. Судя по всему, выучила английский язык и Екатерина, поскольку она долгое время была хозяйкой поместья Кетлторп, да и мужем её сестры Филиппы был Джефри Чосер, который писал свои великие произведения именно на английском языке[5].

Старшие дети Эдуарда и Филиппы были намного старше Екатерины, но она, вероятно, воспитывалась с их младшими детьми — Маргаритой и Марией. Фруассар сообщает, что в юности воспитательницей Екатерины была Бланка Ланкастерская, близкая родственница короля и невеста третьего из его выживших сыновей, Джона Гонта. При этом сама Бланка воспитывалась у Филиппы и была примерно на 8 лет старше Екатерины. Существуют свидетельства, что Екатерина и Бланка Ланкастерская были близкими подругами[5].

Судя по всему, Екатерина получила очень хорошее образование, о чём свидетельствует тот факт, что она в возрасте около 23 лет стала гувернанткой дочерей Бланки Ланкастерской, которые выросли высококультурными и образованными девушками. Хотя Екатерина по происхождению и не принадлежала к высшей знати, но воспитание при королевском дворе открывало для неё огромные перспективы. Кроме того, вероятно, благодаря воспитанию она приобрела определённое благочестие и навыки ведения домашнего хозяйства, что в будущем помогало ей эффективно управлять рыцарскими поместьями, которые были ей переданы. Также, возможно, она научилась от королевы быть щедрой и дипломатичной, что позже ей пригодилось. Фруассар сообщает, что Екатерина с юности «в совершенстве знала придворный этикет», кроме того, она была достаточно умелой наездницей, о чём свидетельствует тот факт, что она держала в конюшнях Джона Гонта дюжину своих лошадей, а также однажды сопровождала его во время конной поездки по его поместьям. Поскольку её дочь, Джоан Бофорт, а также обе дочери Бланки Ланкастерской, которых она воспитывали, были грамотны, то судя по всему, Екатерина была грамотной и умела читать и, возможно, писать[5].

Первый бракПравить

 
Бланка Ланкастерская и Джон Гонт. Рисунок XVII века, выполненный с ныне не существующей гробницы

В 1360-е годы Екатерина оказалась на службе у Бланки Ланкастерской, ставшей к тому моменту женой Джона Гонта[5]. Фруассар упоминает, что Екатерина в молодости оказалась на службе в семье Бланки Ланкастерсой, но не упоминает, сколько ей тогда было лет. Жена Гонта имела своё домашнее хозяйство, независимое от мужа, в котором был свой собственный штат офицеров, слуг и дам. Хотя первая запись Екатерины в новом качестве относится к 24 января 1365 года, когда она упоминается как служанка, но журналы Джона Гонта за данный период не сохранились, поэтому не исключено, что она в начале 1360 года была переведена королевой Филиппой в детскую Бланки, которая родила первую дочь в марте этого года, чтобы помогать ухаживать за новорожденной, возможно, чтобы она укачивала младенца. Подобная работа нередко поручалась молодым девушкам возраста Екатерины, которой в это время было около 10 лет. Поскольку она позже была назначена гувернанткой дочерей Бланки, то она уже должна была получить какой-то опыт общения с детьми. Возможно, что Филиппа договорилась о переходе Екатерины на службу к Бланке, когда та, будучи беременной, жила у королевы; возможно, что она сопровождала жену Гонта в замок Лестер, где та и родила дочь[6].

В это время Екатерина вышла замуж. Вероятно, этот брак был устроен самим Гонтом по просьбе жены. Её первый муж, сэр Хью Суинфорд, происходивший из древнего английского рода Суинфордов, был профессиональным солдатом и арендатором герцога Ланкастера. Сначала он служил Чёрному принцу (который, вероятно, и посвятил его в рыцари), а в 1361 году перешёл на службу к Джону Гонту, в этом же году унаследовав владения после смерти отца. Долгое время считалось, что брак был заключён около 1366—1367 года. Однако с этим не согласна Э. Уэйр. По её мнению, родившаяся в этом браке дочь Бланка в 1368 году была достаточно взрослой, чтобы её поместили в покои дочерей Гонта. Кроме того, возможно в этом браке родилась ещё одна дочь, Маргарет Суинфорд, которая в 1377 году стала монахиней, а самый ранний возраст, в котором это возможно — 13—14 лет. На данном основании исследовательница относит брак к 1261—1262 году. Екатерина точно была замужем к 24 января 1365 году, когда в реестре епископа Бекингема она упоминается как «Екатерина Суинфорд». Брак мог быть заключён в одной из часовен герцога Ланкастера, возможно, в часовне Савойского дворца[7].

Хотя некоторые исследователи писали, что Екатерина вышла замуж в старинном аристократическом доме, однако это не соответствует действительности. Хотя Суинфорды были достаточно древним и разветвлённым родом, представители которого имели владения в Линкольншире, Нортгемптоншире, Хантингдоншире, Эссексе и Саффолке, он они были не аристократами, а обычными землевладельцами, поскольку члены рода никогда не поднимались выше рыцарского ранга. Хью не был особо богат, ему принадлежали только 2 поместья в Линкольншире — Колби[en] и Кетлторп[en], причём ни одно из них не было достаточно прибыльным, да и приобретены они были его отцом сравнительно недавно. Основной доход ему приносило жалование за службу у герцога Ланкастера[7].

Основным местом жительства Хью было поместье Кетлторп[К 2], располагавшееся в 12 милях к западу от Линкольна, которое и стало основным местом жительства Екатерины на многие последующие годы. В течение 40 лет её называли «леди Кетлторп». Поместье Кетлторп было размером порядка 3 тысяч акров, большая часть из которых приходилась на лес. Также в его состав входили деревни Лотертон, Ньютон-он-Трент и Фентон. Другое поместье Суинфорда, Колби[К 3], располагавшееся в семи милях к югу от Линкольна, было разделено на 2 равные части, каждая из которых составляла около 90 акров земли и 15 акров пастбищ. В 1367 году южная часть поместья приносила доход в 54 шиллинга и 4 пенса, причём арендная плата, выплачиваемая Джону Гонту как графу Ричмонду, составляла 2 шиллинга. Другая часть поместья принадлежала королю и составляла половину рыцарского фьефа. В 1361 году оно не приносило особого дохода, поскольку земля была бесплодной, а голубятня и мельница лежали в руинах; его стоимость составляла 37 шиллингов и 10 пенсов — треть от суммы, когда то уплаченной отцом Хью за его покупку[7].

Хотя Хью Суинфорд был достаточно беден, он мог обеспечить жене рыцарское звание и социальное положение. Неизвестно, насколько брак был счастливым, хотя по мнению Э. Уэйр вряд ли Екатерина испытывала к мужу такие чувства, которые позже связали её с Джоном Гонтом. Её муж часто отсутствовал, участвуя в различных военных походах. Выйдя замуж, она достаточно активно занялась управлением поместьем Кетлторп[8].

В браке она родила несколько детей. Старшей, вероятно, была дочь Бланка. В 1368 году она была достаточно взрослой, чтобы её поместили в покои дочерей Джона Гонта и Бланки, вероятно, в качестве подруги для игр. Уэйр относит её рождение к 1363 году. Её происхождение зафиксировано в 1396 году Джоном Гонтом, который, подавая папе римскому прошение о разрешении на брак с Екатериной, указал, что был крёстным её дочери, «рождённого другим мужчиной»[К 4], добавляя, что не афишировал данный факт. Некоторые исследователи высказывали предположение, что эта таинственность, по которой Гонт держал в тайне факт, что он был крёстным отцом, был связан с тем, что именно он был настоящим отцом дочери Екатерины. Однако Э. Уэйр указала, что настоящий отец никак не мог быть крёстным отцом для своей дочери, да и герцог прямо указал, что он не является её отцом, при том что он без особых проблем признал четверых детей, рождённых Екатериной от него, поэтому никаких проблем признать ещё одну дочь для него не было, да и вряд ли он бы стал лгать папе, подвергая себя риску. Поэтому отцом дочери являлся именно Хью Стаффорд. Этой дочерью же, скорее всего, являлась именно Бланка, которую, вероятно, назвали в честь жены герцога и которая позже пользовалась его покровительством: в 1375 году Гонт предоставил Екатерине опеку над наследником сэра Роберта Дейнкура, которого он женил на Бланке. Уйэр также предположила, что крёстной матерью дочери Екатерины могла быть сама герцогиня, именно поэтому Бланка и была помещена в комнату её дочерей[8].

Следующей родилась дочь Маргарет (около 1364 года), которая в 1377 году стала монахиней в аббатстве Баркинг[en][К 5][8].

Томас Стэплтон в 1846 году высказал также гипотезу, что в этом браке могла родиться ещё одна дочь, Дороти, которая вышла замуж за Томаса Тимелби из Пулхэма (умер в 1390), который был шерифом Линкольншира в 1380. Хотя ряд исследователей отвергают это утверждения, указывая, что имя Дороти не использовалось в Англии до XVI века, однако Э. Уэйр указывает, что известны случаи использования этого имя в средневековой Англии, изображение святой Доротеи Кесарийской, известной в Англии ещё со времени англосаксонского завоевания, часто встречается на витражах, особенно в конце XIV — XV веках. Исследовательница допускает, что необычный выбор имени мог быть связан с рождением дочери в день памяти святой — 6 февраля. Кроме того, исследовательница указывает, что в церкви в Ирнхэме[en] на гробницах и витражах встречаются гербы нескольких видных линкольнширских родов, связанных родством посредством браков, в том числе Суинфордов и Тимелби. По мнению Уэйр, Доротея могла родиться около 1366 года[8].

Возможно, что в браке могли родиться и другие дети, умершие в младенчестве[8].

Как и многие другие семьи на службе у герцога, Хью и его жена часто жили при герцогском дворе, их же поместьями в их отсутствие управляли специально назначенные чиновники. При этом значительную часть своей супружеской жизни Хью Стаффорд провёл в различных заграничных военных кампаниях герцога во Франции и Испании. В частности, он участвовал в военных кампаниях 1366 и 1370 годов. Скорее всего Екатерина между родами продолжала служить герцогине, а её подрастающие дети могли воспитываться вместе с герцогскими детьми[3][8].

Основной обязанностью Екатерины при герцогском дворе была, вероятно, забота о его детях в качестве горничной. Из родившихся в браке Джона Гонта и Бланки Ланкастерской несколько детей умерли в младенчестве, пережили младенчество только 2 дочери, Филиппа и Элизабет, и один из сыновей, будущий король Англии Генриха IV[8][9].

Незадолго до 24 января 1365 года епископ Линкольна Джон Бекингем[en] даровал Екатерине привилегию совершать богослужение в частном порядке всякий раз, как она посещала Лестер, что, по мнению Уэйр, указывает на то, что она была не только набожной, но и достаточно важной и уважаемой прихожанкой. Кроме того, для совершения богослужения ей требовались часовня, молельня или отдельная комната, а также переносной алтарь. Однако Уэйр считает, что вряд ли Екатерина пользовалась данной привилегией в 1365 году[8].

В ноябре 1366 года Хью Суинфорд отправился в Аквитанию для участия в военной экспедиции Джона Гонта в Кастилию. Екатерина, которая ждала ребёнка, осталась прислуживать герцогине Бланке, которая также была беременной. К рождеству герцогиня обосновалась в принадлежавшем мужу замке Болингброк, где в апреле родила сына Генри Болингброка. В середине февраля 1367 Екатерина перебралась в Линкольн, где 24 февраля родила сына Томаса[К 6]. Он был крещён в церкви Святой Маргариты Линкольнского собора и получил имя отца Хью Суинфорда и одного из крёстных, каноника Томаса Саттона[9][10].

12 сентября 1368 года в замке Татбери[en] (Стаффордшир) умерла Бланка Ланкастерская, жена Джона Гонта. Неизвестно, присутствовала ли при этом Екатерина, но она в числе других дам из домашнего хозяйства покойной герцогини сопровождала похоронный кортеж с телом герцогини, выехавшем на юг, и, возможно, присутствовала на её похоронах в Лондоне, в соборе Святого Павла[11].

Смерть герцогини Ланкастер внесла серьёзные изменения в жизнь Екатерины. Обычно после смерти знатной дамы её домашнее хозяйство распускалось. Однако у герцога было трое маленьких детей, о которых нужно было заботиться. Екатерина, которую, судя по всему, высоко ценили в доме герцога, хорошо ладила с детьми. Поэтому высказывалось предположение, что она осталась в детской[12]. Хотя встречаются утверждения, что она была их гувернанткой[3], однако Э. Уэйр указывает, что данные функции выполняли другие знатные дамы. В 1369 году Джон Гонт назначил гувернанткой детей Алису Фицалан, леди Уэйк[en], двоюродную сестру покойной Бланки, и ей было в этом году выплачено жалование 66 фунтов 13 шиллингов и 4 пенса. Эти обязанности она исполняла и в ноябре 1371 года. Кроме того, в 1370 году герцог выделил Эйлин, жене своего оруженосца Эдварда Герберджа, пенсион в размере 100 фунтов за «мучительное усердие и хорошую услугу, которую она оказала нашей дорогой дочери Филиппе». Уэйр считает, что Эйлин Гербрердж была доверенной дамой, которая присутствовала во время смерти герцогини, а затем была назначена присматривать за Филиппой. Позже она была назначена на службу ко второй жене Гонта[12].

С 1368 и минимум до сентября 1369 года Бланка Суинфорд, дочь Екатерины, жила в герцогском доме как фрейлина Филиппы и Элизабет, дочерей Гонта. Поскольку реестры Джона Гонта за 1369—1372 годы не сохранились, то неизвестно, сколько ещё времени она оставалась в данном качестве после 1369 года. Но не существует свидетельств того, что её мать жила в это время в герцогском доме. Э. Уэйр предполагает, что Екатерина, у которой была своя семья, проживала в это время в поместье Кетлторп[12].

В августе—сентябре 1396 года Хью Суинфорд в составе армии Джона Гонта участвовал в военной кампании во Франци, где возобновилась Столетняя война, вернулся в Англию он, вероятно, в ноябре. 14 августа того же года умерла королева Филиппа. 1 сентября король Эдуард III распорядился предоставить траурные одежды его семье и слугам покойной королевы. В том числе была выделена одежда и «дамузель дочерей герцога Ланкастера» Бланке Суинфорд, что, по мнению Уэйр, свидетельствует о том, что королева до конца жизни проявляла участие к Екатерине и её семье. Вероятно, что она, будучи воспитанницей королевы, присутствовала 29 января 1370 года на её торжественных похоронах в Вестминстерском аббатстве, после чего вновь вернулась в Кетлторп[13].

В 1370 году Хью Суинфорд вновь отправился в военную экспедицию с герцогом Ланкастером, на этот раз в Аквитанию. Но когда Гонт осенью 1371 года, женившийся в Аквитании на Констанции Кастильской, вернулся в Англию, Хью его уже не сопровождал. Вероятно, причиной этого стала болезнь. Муж Екатерины умер в Аквитании 13 ноября 1371 года[13].

Любовница герцога ЛанкастерскогоПравить

 
Джон Гонт, герцог Ланкастерский. Портрет, написанный неизвестным художником в 1-й половине XVII века

Положение Екатерины после смерти мужа было не самым лучшим, поскольку его финансовое состояние было плохим, а на руках у неё было несколько маленьких детей. Но ей на помощь пришёл герцог Ланкастер. Хотя не сохранилось никаких документальных свидетельств присутствия Екатерины в домашнем хозяйстве новой герцогини до марта 1373 года, однако есть факты, которые, по мнению Э. Уэйр, свидетельствуют о том, что Джон Гонт принял Екатерину на службу к своей новой жене, возможно, в том же качестве, что и при первой жене. Так Джон Гонт и король весной 1372 года помогали ей финансово; летом того же года Екатерина присутствовала при рождении герцогиней Констанцией первого ребёнка. Также есть документальные свидетельства о том, что в этом же году на службе у герцогини находилась Филиппа Чосер, сестра Екатерины. Кроме того, тот факт, что именно Екатерину выбрали для того, чтобы сообщить королю о рождении у Констанции дочери, говорит о занимаемой ей положении[13].

Новая жена герцога в начале 1372 года поселилась в замке Хартфорд[en], туда же были отправлены и трое детей Гонта от первого брака. Там же поселилась и Екатерина с сестрой, ставшие членами домашнего хозяйства герцогини Констанции; вероятно, в её обязанности входил присмотр за детьми Гонта, которые её неплохо знали[14].

Точно не установлено, когда именно Екатерина стала любовницей Джона Гонта. Фруассар писал, что любовный роман начался ещё при жизни Бланки Ланкастерской и Хью Суинфорда, однако он в своей хронике иногда ошибался (в частности, он указывал, что Екатерина родила 3 детей от Джона Гонта, хотя их было 4). Поэтмому, по мнению Э. Уэйр, его свидетельство нельзя считать надёжным, ибо люди, предоставившие ему сведения, могли ошибаться. Также в некоторых поздних исследованиях указывается, что любовные отношения между Екатериной и Джоном Гонтом начались ещё при жизни её первого мужа и её старший сын был «ребёнком от двух отцов», однако подобное современным исследователям кажется маловероятным. В документе о предоставлении 7 июня 1392 года королём Ричардом II Екатерине Суинфорд ренты указывается, что её старшему сыну, Джону Бофорту, был 21 год. Исходя из этого он должен был родиться между июнем 1371 и июнем 1372. Однако Э. Уэйр ставит под сомнение, что Джон мог родиться в это время, поскольку с июня 1370 по ноябрь 1371 года герцог находился за пределами Англии, в Аквитании, где в сентябре 1371 года женился на Констанции Кастильской. Хотя возможно, что Екатерина могла присоединиться к мужу в Аквитании, но Уэйр считает подобное маловероятным, поскольку жёны редко сопровождали мужей на войну, да и ей во время отсутствия мужа нужно было управлять поместьями в Англии и заботиться о маленьких детях. Кроме того, в петиции папе от 1 сентября 1396 года Джон Гонт указывает, что когда он начал любовную связь, он сам был женат на Констанции Кастильской, а Екатерина была свободна от брака, то есть роман, по его словам, начался уже после смерти мужа Екатерины. Исходя из этого Э. Уэйр делает вывод, что скорее всего любовная связь между герцогом и Екатериной началась, вероятнее всего, поздней осенью 1372 года, когда произошло серьёзное увеличение социального статуса Екатерины в домашнем хозяйстве Ланкастеров.[3][15].

Поскольку наследник Хью Суинфорда, Томас, был в момент смерти отца мал, то отцовские поместья, обычно, переходили под опеку сюзерена, в данном случае — короля и герцога Ланкастерского. Однако они достаточно быстро предприняли меры по улучшению финансового положения вдовы Хью, что было необычно для того времени, и объяснялось, судя по всему, романом Джона. Первым документальным свидетельством начавшегося романа Джона является сделанный им в Савойском дворце 1 мая 1372 года подарок в 10 фунтов «нашей очень дорогой дамуазель Кэтрин де Суинфорд». 15 мая он достаточно щедро увеличил ей ренту от герцогства Ланкастер с 20 до 50 марок «за хорошую и приятную услугу, которую она оказала нашей дорогой спутнице [Бланке]... и за очень большую любовь, которую наша спутница оказывала Кэтрин». 8 июня Эдуард III, вероятно, с подачи сына, велел своему эсхеатору[К 7] передать Екатерине её вдовью долю при условии, что она даст слово не выходить замуж без согласия короля; в её владение она вступила 26 июня, когда принесла присягу. А 20 июня герцог передал ей опеку над всеми владениями, которые должен был унаследовать её сын. В результате Екатерина до совершеннолетия сына получила под управление помесьем Кетлторп, а также треть поместья Колби[14].

Посмертное разбирательство по наследству Хью Суинфорда состоялось 25 июля в Нейвенби и 24 июня в Линкольншире. По его итогам Томас Суинфорд был признан наследником отца, но при этом было отмечено, что поместья Кетлторп и Колби находятся в плохом состоянии и почти ничего не стоят. На помощь Екатерине вновь пришли король и герцог, в результате 12 сентября в обмен на 20 фунтов, которые Екатерина должна была выплатить в казначейство, ей были предоставлены оставшиеся 2/3 поместья Колби, а также право на заключение брака её сына Томаса[14].

Поскольку именно Екатерина передала королю Эдуарду III весть о рождении герцогиней Констанцией дочери, названной Екатериной, за что тот 31 марта 1373 года наградил её 20 марками, то она, вероятно, присутствовала при родах. Произошло это, по мнению Э. Уэйр, летом 1372 года. Но после того, как её собственная беременность стала очевидной, Екатерина, вероятно, вернулась в Кетлторп[16].

В период между 1373 и 1377 годами Екатерина родила от Джона Гонта четверых детей: троих сыновей, а также дочь. Даты их рождения в документах не упоминаются, однако исследователи вычислили возможные годы на основании косвенных данных[3][17].

Старшим из детей был Джон, который, вероятно, родился зимой 1372/1373 года. Уэйр считает, что старший сын Екатерины мог быть тем ребёнком, для крещения которого в феврале 1373 года были отправлены богатые ткани в Линкольн. Своё имя он получил в честь отца, а также получил родовое прозвание Бофорт (которое носили и остальные дети Екатерины и Гонта)[16]. Точно не известно, по какой причине была выбрана такая фамилия. По одной версии, она связано с замком Бофор в Шампани, который ему достался как часть ланкастерского наследства[18]. Но не исключено, что это могло быть комплиментом Роже де Бофору, брату папы Григория IX, который в 1370-е годы находился в плену у Гонта и с которым он позже поддерживал тесные дипломатические контакты[17]. В старых исследованиях утверждалось, что все дети Екатерины родились в замке Бофор, однако эта информация не соответствует действительности: Джон Гонт никогда его не посещал, а в 1369 году он его продал. По мнению Уэйр, Джон скорее всего родился в Линкольне, а его детские годы прошли в Кетлторпе, поскольку Джон Гонт не стремился афишировать свой роман с Екатериной[16].

К 31 марта 1373 года Екатерина вернулась в Савойский дворец, где в это время проживал Джон Гонт. Генри Найтон, писавший свою хронику после 1378 года, указывает, что Екатерина служила в домашнем хозяйстве герцогини Констанции, однако ни в одном пожаловании герцога, сделанном любовнице в этот период, не сделано в качестве награды за службу жене. Хотя Екатерина, судя по всему, иногда посещала герцогиню, но она не была её фрейлиной; Джон Гонт нашёл ей другой пост, назначив любовницу гувернанткой Филиппы и Елизаветы Ланкастерских, своих дочерей от первого брака; возможно, что Екатерина занималась некоторое время и его сыном Генри, пока ему в 1374 году не был назначен другой воспитатель. Точная дата назначения Екатерины гувернанткой неизвестна. В 1368—1372 годах у дочерей Гонта, судя по сохранившимся известиям, были другие гувернантки. Уэйр считает, что назначение произошло весной 1373 года — после рождения Екатериной сына Джона Бофорта. Он имела достаточно навыков для ухаживания за детьми: кроме своих детей она, судя по всему, помогала детям ещё при жизни герцогини Бланки. Хотя сама должность по сути была уловкой, чтобы герцог мог видеться со своей любовницей, однако есть свидетельства, что Екатерина достаточно много времени занималась его дочерьми. Получив официальный статус, она получила законную причину для проживания в герцогском доме[19].

Скорее всего уже в 1373 году кастильские дамы его жены знали о том, что у герцога есть любовница, в результате чего, рассердившись из-за их сплетен, Джон отправил их в монастырь Нанитон[en]. К концу 1374 года дамы злились на монастырский режим и умоляли позволить им покинуть Нанитон, но их просьба была удовлетворена только в 1375 году, когда герцог позволил дамам поселиться в Лестере у некоторых из своих доверенных вассалов; позже он устроил брак для некоторых из дам. Судя по всему, о романе мужа знала и герцогиня Констанция, но для неё гораздо важнее было возвращение кастильского трона[19].

Летом 1373 года Джон Гонт готовился к новой военной экспедиции во Францию. Существуют свидетельства, что Екатерина в это время посещала герцога в поместье Нортборн, где он находился с 27 июня по 16 июля. Скорее всего, там она пожаловалась Джону о том, что ей своевременно не было выплачено пособие; в результате 27 июня он написал Джону де Стаффорду гневное письмо, в котором приказывал без промедлений выплатить «дорогой и любимой госпоже Екатерине ле Суинфорд» обещанный ей аннуитет. Вероятно, что после этого она вернулась в Кетлторп, поскольку герцог обещал прислать ей туда оленину и дрова. Позже она перебралась в замок Татбери, где во время отсутствия Джона в Англии должны были жить его жена и четверо законных детей[19].

12 сентября 1374 года Екатерина, возможно, присутствовала вместе с вернувшимся из Франции Джоном Гонтом на памятной церемонии покойной герцогини Бланке, проводившейся в соборе Святого Павла, хотя документального подтверждения этого не существует. 26 сентября герцог, будучи в Савенби, приказал Джону де Стаффорду выплатить ей подарок в размере 25 фунтов. К 1376 году Екатерина возглавила домашнее хозяйство дочерей Гонта, которым также были выделены собственные комнаты и гардероб[20].

Рождество 1375 года Екатерина, вероятно, отмечала вместе с Джоном Гонтом королевском дворце в Элтеме[en], а 1 января 1376 года герцог предоставил ей прибыльную опеку над землями и наследником своего покойного вассала, сэра Роберта Дейнкура. Также право на брак Бланки Суинфорд, дочери Екатерины от первого брака, которая приближалась к брачному возрасту — 12 лет. Вероятно, что Гонт планировал брак Бланки с юным наследником, Робертом Дейнкуром, но не сохранилось никаких свидетельств о её дальнейшей судьбе, из чего Э. Уэйр сделала вывод, что девушка не дожила до свадьбы. Сам же Роберт Дейнкур, став совершеннолетниим, в 1387—1392 годах потребовал своё наследство. 2 января, отправшийся в замок Хартфорд герцог, поручил выплатить Екатерине 1 марку, а также назначил ей ежегодную ренту в 50 марок, возможно, в связи с тем, что она вновь была беременной. 14 января Джон Гонт распорядился отправить Екатерине, вернувшейся в Кетлторп, бочку лучшего гасконского вина[20].

Лето 1375 года Екатерина провела в Кенилворте и в это время, по версии Э. Уэйр, она родила второго сына от Джона Гонта. Вероятно для родов она отправилась Линкольн, поскольку в августе герцог распорядился вознаградить местную акушерку. Также 24 июля Гонт распорядился отправить 60 дубов в Кетлторп для ремонта поместья Екатерины. В том же году ей было выплачено 100 марок. Также, согласно распоряжению Гонта, которое, возможно, отностися к 1375 или 1377 году, Екатерине были подарены доходные дома на восточном берегу реки Витам[en] в линкольнширском порту Бостон, ранее принадлежавшие Джеффри де Саттону. В их число входила усадьба Жизор Холл, включавшая дом с двумя гектарами земли, садом и хозяйственными постройками, которая была до 1372 года выделена Джоном Гонтом из состава графства Ричмонд. Позже Жизор Холл был завещан Екатериной своему сыну Томасу Бофорту[21].

Вторым сыном Екатерины и Джона Гонта, судя по всему, был Генри Бофорт, получивший имя, вероятно, в честь Генри Гросмонта. Хотя высказывались гипотезы, что будущий кардинал был младшим из сыновей Екатерины, поскольку в 1398 году при назначении епископом Линкольна он был назван «мальчиком», но по мнению Уэйр этот эпитет был просто насмешливым комментарием по поводу возведения Генри в епископы в возрасте 23 лет. Специалист по генеалогии XVII века Фрэнсис Сэнфорд указывает кардинала вторым сыном, также тот указан на втором месте в списке Бофортов папском разрешении на их легитимизацию 1397 года[21].

В августе 1375 года Екатерина сопровождала Гонта в его поездке в Лестер. Возможно, что именно тогда мэр Лестера Уильям Феррур потратил 16 шиллингов, чтобы преподнести вино в подарок «леди Екатерине Суинфорд, любовнице герцога Ланкастера». Запись об этой выплате датирована 1395/1396 годом и она является первым документальным свидетельством о том, что любовная связь Джона Гонта стала достоянием общественности. Э. Гудман[en] предполагает, что это известие указывает на то, что Екатерина узурпировала законное место герцогини Ланкастер, однако с этим не согласна Э. Уэйр; по мнению исследовательницы Екатерина избегала вовлечения в политику и старалась держаться в тени, поскольку известно очень мало случаев, когда она использовала своё положение. Кроме того, она, судя по всему, сохраняла своё положение вдовы. В сентябре Екатерина вернулась в Кеттлторп[22].

25 июля 1376 года Джон Гонд предоставил, Екатерине Суинфорд, которая, вероятно, вновь была беременной, опеку и право брака над наследницей Бертрама де Сонеби. К 1376/1377 году относится первый зарегистрированный платёж на расходы на гардероб и комнату Филиппы Ланкастерской в размере 50 фунтов, выплаченный Екатерине. Также по распоряжению герцога ей должны были выплачивать 100 фунтов равными долями на Пасху и Михайлов день для покрытия расходов, за которые она должна была отчитываться. Вероятно, что Екатерина во время заседания «Хорошего парламента» и последовавших за ним бурных событий заботилась о дочерях Гонта, проживая, возможно, в Савойском дворце[23].

Вероятно, что законные дети Гонта воспринимали его незаконнорожденных детей как братьев и сестёр, возможно, включая в семейный круг и детей Екатерины от первого брака. По сохранившимся сведениям, Екатерина и Джон были хорошими и заботливыми родителями. Так «Анонимная хроника» сообщает, что Екатерина «любила герцога Ланкастера и рождённых от него детей»[24].

В 1376 году папа римский по просьбе Гонта даровал Екатерине разрешение иметь переносной алтарь в своём жилище в Линкольнской епархии[24].

В конце 1376 года Екатерина исчезает из источников; вероятно, что это связано с рождением в начале её третьего ребёнка от Джона Гонта, которое произошло в начале 1377 года. Возможно, что именно поэтому 25 февраля 1377 года король разрешил сыну подарить любовнице поместья Грингли и Уитли (Ноттингемшир), приносивших ежегодный доход в 150 фунтов. Также герцог в это же время послал Екатерине в подарок бочку вина. Историк С. Армитаж-Смит, автор исследования о Джоне Гонте, предположил, что в начале 1377 года родился Томас Бофорт, младший из сыновей Гонта и Кэтрин, однако Э. Уэйр считает, что, вероятнее, тогда родилась их единственная дочь Джоан Бофорт[К 8]. Девочка получила имя, вероятно, в честь принцессы Уэльской Джоанны Кентской. Местом рождения ребёнка мог быть Кеттлторп, однако не исключено, что и Джоан, и Томас родились в замке Плиши[en] в Эссексе. Э. Гудман[en], автор исследования о Кэтрин Суинфорд, который придерживался традиционной даты рождения Джоан (1379 год), считал, что поскольку Гонта ненавидели в Англии, и любой, кто ему был дорог, подвергался риску, поэтому Кэтрин доставили в замок Плеши, который в это время принадлежал Джоан Фицалан[en], вдовствующей графине Херефорд. Она была по матери близкой родственницей первой жены Гонта. Кроме того, в 1376 году её дочь Элеонора вышла замуж за Томаса Вудстока, младшего брата Гонта. В пользу данного места рождения младших детей Кэтрин свидетельствует тот факт, что Джоан Фицалан была крёстной матерью Томаса Бофорта, а позже его приняли в дом младшей дочери графини, Марии. Этой же версии о месте рождения Джоан придерживается и Э. Уэйр[24].

После получения Грингли, расположенного в 12 милях к северо-западу от Кетлторпа, и Уитли (в 3 милях к югу от Гринли и 9 милях к северо-западу от Кетлторпа), дарение которых король подтвердил 4 марта 1377 года, Екатерина стала достаточно богатой женщиной. Кроме того, в том же году Гонт пожаловал ей ещё 2 поместья в Линкольншире — Уоддингтон в 5 милях к югу от Линкольна) и Уэллингор в 12 милях (19 км) к югу от Линкольна[24].

При этом доход официальной жены герцога был меньше. Подобное вызывало осуждение со стороны современных Джону Гонту хронистов, называвших его двоеженцем. Кроме того, любовные отношения вызывали общественное осуждение. В результате в июне 1381 года Джон Гонт был вынужден официально расстаться с Екатериной и примириться с женой. Екатерина отказалась от должности гувернантки и в сентябре покинула поместье Ланкастеров, получив ежегодную пенсию в 200 фунтов. Она поселилась в Кетлторпе в Линкольншире, где арендовала дом[3].

Однако разрыв был только формальным. Отношения Екатерины с Гонтом и остальной частью его семьи продолжали оставаться достаточно сердечными. В 1386 году она предоставила Гонту деньги для финансирования его кастильской экспедиции. В 1387 году она получила новогодний подарок от графини Дерби, жены старшего сына Гонта. В начале 1390-х годов она часто присутствовала при дворе Гонта, где для её удобства была выделена конюшня и дюжина лошадей[3].

Герцогиня ЛанкастерскаяПравить

В 1394 году умерла Констанция Кастильская, 2-я жена Гонта. А в январе 1396 года Гонт неожиданно для всех женился на Екатерине. Этот брак вызвал тревогу при королевском дворе. Однако в сентябре 1396 года папской буллой все дети Екатерины и Гонта были легитимизированы. А в феврале 1397 года узаконивание своим указом подтвердил король Ричард II. Это было подтверждено на заседании английского парламента в феврале 1397 году[3][25].

Джон Гонт умер 1399 году. Овдовев, Екатерина уехала в Линкольн, где и умерла 10 мая 1403 года[3]>.

НаследствоПравить

Дети Екатерины от Джона Гонта после восхождения на английский престол Генриха IV, наследника Джона Гонта, свергнувшего в 1399 году Ричарда II, играли заметную роль в английской политике. 9 февраля 1407 года король Англии Генрих IV подтвердил легитимизацию Бофортов, однако специально оговорил, что они не имеют права наследования английского престола[26]. Внучка Екатерины, Сесилия Невилл (дочь Джоан Бофорт и Ральфа Невилла, 1-го графа Уэстморленда), стала женой Ричарда Плантагенета, 3-го герцога Йоркского; в этом браке родились короли Эдуард IV и Ричард III. Другая внучка, Джоан Бофорт (дочь Джона Бофорта, 1-го графа Сомерсета) вышла замуж за шотландского короля Якова I, являясь предком последующих королей Шотландии из династии Стюартов. Ещё один потомок Екатерины, Маргарет Бофорт (она была внучкой Джона Бофорта, 1-го графа Сомерсета), стала матерью короля Генриха VII, родоначальника династии Тюдоров. Свои права на трон он обосновывал именно родством с Бофортами[27]. Его потомками являются все последующие короли и королевы Англии (а затем и Великобритании).

Старший брат Екатерины, Уолтер, родившийся не позже 1338/1340 годов[1], который с мая 1355 года находился на службе у Эдуарда Чёрного Принца, наследника Эдуарда. Возможно, что в 1356 году он участвовал в битве при Пуатье, но после этого упоминания о нём пропадают. Э. Уэйр предполагает, что он мог погибнуть в битве. В любом случае, он умер раньше Екатерины, не оставив наследников, поэтому на владения Роэ в Эно в 1411 году претендовал Томас Суинфорд, старший сын Екатерины от первого брака[5].

ВнешностьПравить

 
Миниатюра начала XV века к рукописи поэмы Троил и Крессида Джефри Чосера, на которой, возможно, изображена Екатерина

В эпитафии в гробнице Джона Гонта, уничтоженной во время Великого лондонского пожара 1666 года, Екатерина описывалась как «необычайно красивая и женственная». При этом сама эпитафия была создана во время восстановления гробницы королём Генрихом VII, потомком Екатерины и Гонта, стремившимся восстановить хорошую репутацию своей прародительницы. Возможно, что он сделал упор на красоту потому, что именно ей запомнилась Екатерина; не исключено, что подобная запись была в оригинальной гробнице Екатерины[28].

Не существует никаких прижизненных портретов Екатерины. Единственное изображение, близкое к ней по времени создания — грубая зарисовка, сделанная Уильямом Дагдейлом в XVII веке с ныне утраченного медного изображения с её гробницы в Линкольнском соборе. Однако это изображение не является портретом, это формализованный рисунок женщины в вимпле[en][К 9] вдовы. Также в Кентерберийском соборе, есть 2 крошечные резные головы размером не больше грецкого ореха, созданные около 1400 года. Их иногда считают изображениями Джона Гонта и Екатерины Суинфорд, однако данная идентификация, по мнению Э. Уэйр, достаточно сомнительная. Хотя в соборе и были похоронены двое из сыновей Джона Гонта, но это произошло уже после создания резных фигур[28].

В то время как у Джона Гонта лицо было вытянутое и худощавое, с орлиным носом, унаследованные некоторыми его потомками, у детей Екатерины были лица круглой или овальной формы, которую они, по мнению Уэйр, могли унаследовать от матери[28].

На фронтисписе к рукописи начала XV века поэмы «Троил и Крессида» Джефри Чосера, изображён поэт, читающий её королевскому двору Ричарда II. Личности придворных, изображённых на иллюстрации, являются предметом спора исследователей. Одним из изображённых придворных, вероятно, является Джон Гонт. Высказывалось предположение, что одна из сидящих женщин, одетая в струящееся синее платье со свисающими рукавами (известном под названием гупелянд[en]), широким воротником, обшитым белой тканью, и золотым поясом — это Екатерина Суинфорд. У неё лицо круглой формы с высоким лбом и светлые волосы, заплетённые высоко над каждым виском, обвитые лентой вокруг макушки. Однако у данной гипотезы есть проблемы. Поэма была написана, вероятно, между 1385 и 1388 годами. Однако рукопись была создана только в начале XV века, поэтому на ней должны быть изображены придворные дамы, игравшие важную роль в конце правления Ричарда II. По мнению Э. Уэйр женщина в синем платье слишком молода, чтобы быть Екатериной. Исследовательница предположила, что это могла быть её дочь, родившаяся от связи с Джоном Гоном, Джоан Бофорт, поскольку она похожа на её изображение в гробнице. Рядом с этой фигурой изображена дама в обтягивающем синем платье, отделанном горностаем с золотой отделкой, которую традиционно идентифицируют с Джоанной Кентской, матерью Ричарда II, однако она умерла в 1485 году. Уэйр считает, что этой дамой может быть Екатерина Суинфорд. В XV веке эта рукопись принадлежала Анне Невилл, графине Стаффорд, дочери Джоан Бофорт; возможно, что она была сделана именно для Джоан, которая потом завещала её дочери[28].

Если идентификация Уэйр верна, то Екатерина была светловолосой и пышной женщиной с узкой талией, высоким животом и широкими бёдрами. У неё была длинная шея, круглое лицо с высоким лбом. Её волосы элегантно зачёсаны вверх и заколоты под золотой короной, намекающей на высокое положение[28].

ЛичностьПравить

Монастырские хронисты, которых шокировала связь Джона Гонта с Екатериной, в основном подвергали её резкой критике. При этом ни Томас Уолсингем, ни автор Анонимной хроники, вероятно, не сталкивались с ней лично. В то же время Генри Найтон, хронист, который был монахом в Лестерском аббатстве, которому покровительствовал Джон Гонт, и, возможно, встречал герцогиню, не сообщает о ней ничего плохого. На основании фрагментарных источников Э. Уэйр делает вывод, что Екатерина была привлекательной, очаровательной и отзывчивой женщиной, достаточно набожной. Её длительный роман с Джоном Гонтом, вероятно, предполагает, что она сохраняла ему верность, но при этом хотя она, возможно, обладала напористостью и амбициями, наслаждаясь материальными благами. Однако, скорее всего, ей не руководили корыстные соображения: несмотря на долгие разлуки, социальный остракизм и очернение обществом, её любовь к герцогу выдержала испытание временем. Кроме того, она, очевидно, обладала сильным характером, осмотрительностью, тактом и была достаточно мудрой. Екатерина дорожила семейными узами и ей было небезразлично мнение других[28].

Уважение, которым Екатерина пользовалась в королевской семье, вероятно, говорит о том, что она была достаточно искусна в придворных обязанностях, обладала изысканным вкусом, была общительной, вежливой, грамотной, умной и, скорее всего, была хорошим собеседником[28].

ГербПравить

Герб Екатерины Суинфорд представлял собой 3 золотых колеса на красном поле, однако судя по геральдическим эмблемам на облачениях, подаренных ей Линкольнскому собору, на её гербе до 1396 года, когда она вышла замуж за Джона Гонта, были три простых серебряных колеса; вероятно она унаследовала этот герб от отца[1].

Кроме того, судя по печати Екатерины, созданной около 1377 года, после замужества на её гербе были изображены 3 серебряных колеса на красном фоне, совмещённый с гербом её мужа, представлявший головы трёх золотых кабанов на чёрном шевроне на серебряном поле. Больше этот герб нигде не встречается[7].

Образ в истории и искусствеПравить

А. де Сильва-Вижье, автор исследования о Джоне Гонте, считает, что Екатерина могла быть прообразом для прекрасной Вирджинии, героини «Рассказа лекаря[en]», входящей в состав «Кентерберийских рассказов» Джефри Чосера[28].

Во время войны Алой и Белой розы в 1470-х годах ланкастерским претендентом на престол стал изгнанный Генрих, граф Ричмонд, мать которого происходила из династии Бофортов. Хотя Генрих IV и лишил Бофортов права на трон, но их права в это время стали восприниматься достаточно серьёзно. После того как в 1483 году королём стал Ричард III, он публично заявил, что Генрих не имеет прав на престол, поскольку Бофорты произошли от «двойного прелюбодеяния» (от связи Джона Гонта и Екатерины Суинфорд), что было многими принято как факт. Но после того как граф Ричмонд стал королём Англии под именем Генриха VII, дурная слава Екатерины Суинфорд померкла. При этом в хрониках эпохи Тюдоров она практически не упоминается и в королевской родословной не фигурировала. Когда в 1520 году в Лиденхолле давалось театрализованное представление в честь императора Карла V, актёр, изображавший Джона Гонта (потомком которого был и сам император) сидел около дерева, из которого вырасло много ветвей, представлявших множество королей и королев, являвшисся его потомками. Однако Екатерина, которая была предком некоторых из них, не упоминалась.

На протяжении веков об Екатерине Суинфорд относились пренебрежительно, считая аморальной и иногда упоминая, что она была прародительницей династии Тюдоров. Интерес к ней появился в 1954 году, когда вышел биографический роман американской писательницы Ани Сетон[en] «Кэтрин[en]»[29]. Как отмечает британская писательница Филиппа Грегори, он считается самым известным произведением Сетон[30]. В романе достаточно подробно рассказана биография Екатерины, материалы для него писательница собирала 4 года, для чего даже объехала всю Англию. Но, как отмечает Э. Уэйр, на котрую роман оказал огромное влияние[31], данное произведение является в первую очередь романом об идеальной романтической героцине — красивой, чувственной и любящей, причём Сетон придала Екатерина множество моральных, эмоциональных и психологических качеств и культурных аспектов из своей собственной жизни. Выход романа Сетон заставил сочувствовать его героине и относиться к ней более сочувственно[32][33]. Позже роман неоднократно переиздавался[К 10]. В 2003 году он занял 95 место в опросе «200 лучших книг по версии Би-би-си»[41].

В 2006 году был издан биографический роман Жанетт Люкрафт «Кэтрин Суинфорд: история средневековой любовницы»[42]. Подробно исследовала биографию Екатерины историк Элисон Уйэр, выпустившая в 2007 году работу «Екатерина Суинфорд: история Джона Гонта и его скандальной любовницы»[43].

Брак и детиПравить

1-й муж: около 1362 года сэр Хью Суинфорд (1340 — ноябрь 1371). Дети[44][45]:

  • Бланка Суинфорд (около 1363 — после 1375)[8][20].
  • (?) Маргарита Суинфорд (около 1364 — ?), монахиня в аббатстве Баркинг[en] с 1377[8].
  • (?) Дороти Суинфорд (около 1366 — ?); муж: Томас Тимелби из Пулхэма (умер в 1390), шериф Линкольншира в 1380[8].
  • сэр Томас Суинфорд (4 февраля 1367 — 2 апреля 1432)[10].

2-й муж: с 13 января 1396 года Джон Гонт (март 1340 — 3 февраля 1399), граф Ланкастер с 1361, граф Лестер и Дерби с 1362, 1-й герцог Ланкастер с 1362. Дети[44][45]:

  • Джон де Бофорт (1371/1373 — 16 марта 1410), 1-й граф Сомерсет с 1397, 1-й маркиз Сомерсет и 1-й маркиз Досет в 1397—1399, констебль Англии с 1404 (легитимизирован в феврале 1397)[44][46].
  • Генри де Бофорт (около 1375 — 11 апреля 1447), епископ Линкольна в 1398—1404, епископ Уинчестера с 1404 (легитимизирован в феврале 1397)[44][47].
  • Джоанна де Бофорт (около 1375 — 13 ноября 1440); 1-й муж: с 1391 Роберт де Феррерс (около 1373 — до 29 ноября 1396), 3-й барон Феррерс из Уэма с 1380, дворецкий с 1375; 2-й муж: ранее 29 ноября 1396 года Ральф де Невилл (около 1364 — 21 октября 1425), 4-й барон Невилл из Рэби с 1388, 1-й граф Уэстморленд с 1397[44][48].
  • Томас де Бофорт (около января 1377 — 27 декабря 1426), 1-й граф Дорсет с 1411, 1-й герцог Эксетер с 1416, 1-й барон Лиллебон и граф д’Аркур с 1418[44][49].

ПримечанияПравить

Комментарии
  1. На некоторых сайтах в качестве матери Екатерина Суинфорд указывается Екатерина д’Авен, сестра графа Вильгельма III, отца Филиппы де Эно. Однако данная версия имеет 2 проблемы. Первая связана с тем, что имя Екатерина не встречается среди имён известных сестёр графа Вильгельма. Вторая же проблема хронологическая: отец Вильгельма, Жан II д’Авен, умер в 1304 году, поэтому родившаяся до 1304 года Екатерина д’Авен не могла быть матерью Екатерина Суинфорд, которая родилась около 1350 года. Существует и другая версия, по которой мать Екатерина была не сестрой, а дочерью графа Вильгельма и, таким образом, сестрой королевы Филиппы. Однако в таком случае Кэтрин Суинфорд была бы двоюродной сестрой Джона Гонта, поэтому хронисты должны были бы отметить данный факт, описывая их любовную связь. Кроме того, на их брак потребовалось бы специальное папское разрешение, однако о таком препятствии Гонт не упоминает. Кроме того, среди дочерей графа Вильгельма подходящей дочери тоже не упоминается[2].
  2. По легенде поместье Кетлторп было основано ещё в IX веке викингом по имени Кетил, по имени которого и был назван. Однако оно не упоминается в «Книге Страшного суда», впервые это название упоминается в 1220 году. Не позже 1287 года им стал владеть род Крой, а в 1357 году было куплено Томасом Суинфордом, отцом Хью. В настоящий момент на его месте построен Кетлторп Холл[en], в котором сохранились некоторые фрагменты средневекового дома[7].
  3. Поместье Колби было основано во времена Датского права. В «Книге Страшного суда» в 1086 году оно указано как собственность короны. В 1345 году оно было куплено Томасом Суинфордом, отцом Хью. Одна его часть арендовалась от короны, а вторая — от графа Ричмонда. Средневековый дом до нашего времени не сохранился[7].
  4. Подобное было одним из канонических препятствий для заключения брака, поэтому требовалось специальное папское разрешение[8].
  5. Документальных свидетельств того, что Маргарет Суинфорд была дочерью Хью и Екатерины, нет, однако Э. Вейр приводит несколько доводов в пользу подобного. Кроме фамилии, Маргарет ещё и стала монахиней в очень престижном аббатстве Баркинг, причём об этом позаботился сам король, что свидетельствует о её достаточно высоком социальном статусе; возможно, что об этом назначении позаботился Джон Гонт, который в 1377 году был любовником Екатерины. Одновременно король назначил в приорат Святой Елены Элизабет Чосер, которая, вероятно, была дочерью Филиппы, сестры Екатерины, что, по мнению Уэйр, также свидетельствует о родстве двух девушек; позже Элизабет также была переведена в Баркинг. Также есть свидетельства того, что аббатству Баркинг покровительствовали двое сыновей Екатерины, родившихся от связи с Джоном Гонтом; это могло объясняться тем, что там жила их единоутробная сестра. Также Маргарет по возрасту вполне могла быть дочерью Хью и Екатерины[8].
  6. В посмертном разбирательстве[en] Хью, датированном июнем 1372 года, говорится, что Томасу в это время было 4 года, на основании чего дату его рождения нередко относят к февралю 1368 года, однако Хью не вернулся в Англию не ранее октября 1367 года. При этом при разбирательствах часто бывали ошибки. Так во время разбирательства для установления возраста Томаса Суинфорда, которое проводилось между 22 июня 1394 и 22 июня 1395 года для установления факта его совершеннолетия, 13 свидетелей заявили, что тот родился в 1373 году — через 15 месяцев после смерти отца. Э. Уэйр предполагает, в 1373 году был крещён другой сын Екатерины, Джон Бофорт, и свидетели перепутали их. Исследовательница указывает, что никто из родственников Хью Суинфорда после его смерти не предъявлял никаких претензий на его наследство, поэтому сомнений в законнорожденности Томаса не возникало[10].
  7. Эсхеатор (англ. escheator) — чиновник в средневековой Англии, который занимался контролем за выморочным имуществом после смерти землевладельца.
  8. Традиционно считается, что Джоан Бофорт родилась в 1379 году, однако Э. Уэйр указывает, что тогда в момент рождения первого ребёнка той едва исполнилось 14 лет, поэтому считает, что более реалистичным для неё выглядит 1377 год рождения[24].
  9. Випмл (англ. Wimple) — средневековый женский головной убор.
  10. Существуют англоязычные издания 1981[34], 1991[35], 2000[36], 2004[37], 2006[38] и 2013 годов[39]. В 1994 году книга издавалась и на русском языке[40].
Источники
  1. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 Weir A. Katherine Swynford. — P. 3—11.
  2. Weir A. Katherine Swynford. — P. 311.
  3. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Walker Simon. Katherine, duchess of Lancaster (1350?–1403) // Oxford Dictionary of National Biography.
  4. Philippa Roët. thePeerage. Дата обращения: 7 января 2021.
  5. 1 2 3 4 5 6 Weir A. Katherine Swynford. — P. 11—27.
  6. Weir A. Katherine Swynford. — P. 37—53.
  7. 1 2 3 4 5 6 Weir A. Katherine Swynford. — P. 58—64.
  8. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 Weir A. Katherine Swynford. — P. 67—72.
  9. 1 2 Weir A. Katherine Swynford. — P. 82.
  10. 1 2 3 Weir A. Katherine Swynford. — P. 79—81.
  11. Weir A. Katherine Swynford. — P. 86—87.
  12. 1 2 3 Weir A. Katherine Swynford. — P. 87—88.
  13. 1 2 3 Weir A. Katherine Swynford. — P. 91—100.
  14. 1 2 3 Weir A. Katherine Swynford. — P. 100—103.
  15. Weir A. Katherine Swynford. — P. 103—107.
  16. 1 2 3 Weir A. Katherine Swynford. — P. 109—110.
  17. 1 2 Walker S. John [John of Gaunt], duke of Aquitaine and duke of Lancaster, styled king of Castile and León (1340–1399) // Oxford Dictionary of National Biography.
  18. Beaufort Family (англ.). Encyclopaedia Britannica. Дата обращения: 20 декабря 2020.
  19. 1 2 3 Weir A. Katherine Swynford. — P. 116—123.
  20. 1 2 3 Weir A. Katherine Swynford. — P. 126—128.
  21. 1 2 Weir A. Katherine Swynford. — P. 128—131.
  22. Weir A. Katherine Swynford. — P. 132—136.
  23. Weir A. Katherine Swynford. — P. 140—142.
  24. 1 2 3 4 5 Weir A. Katherine Swynford. — P. 142—146.
  25. Норвич Д. История Англии и шекспировские короли. — С. 129—130.
  26. Устинов В. Г. Столетняя война и Войны Роз. — С. 42.
  27. Weir A. Katherine Swynford. — P. 266—274.
  28. 1 2 3 4 5 6 7 8 Weir A. Katherine Swynford. — P. 54—58.
  29. Seton A. Katherine: The classic historical romance. — Boston: Houghton Mifflin, 1981. — 588 p.
  30. Gregory, Philippa Katherine by Anya Seton (англ.) (28 March 2013). Дата обращения: 3 апреля 2021.
  31. Weir A. Katherine Swynford. — P. XV.
  32. Weir A. Katherine Swynford. — P. 274.
  33. Weir A. Katherine Swynford. — P. 279—282.
  34. Seton A. Katherine. — Fawcett Crest, 1981. — 640 p.
  35. Seton A. Katherine. — Buccaneer, 1991. — 500 p.
  36. Seton A. Katherine. — Houghton Mifflin Harcourt, 2000. — 512 p.
  37. Seton A. Katherine. — Chicago Review Press, 2004. — 500 p.
  38. Seton A. Katherine. — Hodder, 2006. — 573 p.
  39. Seton A. Katherine. — Houghton Mifflin Harcourt, 2013. — 592 p.
  40. Сэтон А. Леди Кэтрин. — Крон-Пресс, 1994. — 576 с. — ISBN 5-8317-0151-4.
  41. The Big Read Top 100, BBC (August 2004). Дата обращения 8 июля 2013.
  42. Lucraft J. Katherine Swynford: The History of a Medieval Mistress. — Sutton, 2006. — 226 p.
  43. Weir A. Katherine Swynford. — 366 p.
  44. 1 2 3 4 5 6 House of Lancaster, descendants of John of GAUNT (англ.). Foundation for Medieval Genealogy. Дата обращения: 7 января 2021.
  45. 1 2 Katherine Roët. thePeerage. Дата обращения: 7 января 2021.
  46. Harriss G. L. Beaufort, John, marquess of Dorset and marquess of Somerset (c. 1371–1410) // Oxford Dictionary of National Biography.
  47. Harriss G. L. Beaufort, Henry [called the Cardinal of England] (1375?–1447) // Oxford Dictionary of National Biography.
  48. Tuck A. Beaufort [married names Ferrers, Neville , Joan, countess of Westmorland (1379?—1440) // Oxford Dictionary of National Biography.
  49. Harriss G. L. Beaufort, Thomas, duke of Exeter (1377?–1426) // Oxford Dictionary of National Biography.

ЛитератураПравить

СсылкиПравить