Открыть главное меню

Танаина (также известны как денаʼина[1] или кенайцы[2]) — коренной народ Аляски, индейцы северо-атабаскской этнолингвистической группы, проживающие на территории, прилегающей к заливу Кука. Общее число представителей на 2017 год составляет 1000 человек[3].

Танаина
Современное самоназвание Dena’ina
Численность и ареал
Всего: 1000 чел (2017)
 США,  Аляска
Язык денаʼина, английский
Религия христианство (60%), анимизм (30%)

Родным языком является денаʼина; создана письменность на латинской основе[4]. С граничащим на востоке народом атна (рус. медновцы)[2] танаина были близки по языку[5] и поддерживали наиболее тесные связи[6].

Современные танаина обитают в посёлках на реке Стони-Ривер, озёрах Кларк и Илиамна, по берегам залива Кука (в том числе Кенай, Анкоридж), в среднем течении реки Суситна (посёлок Талкитна)[4].

Содержание

ЭтнонимыПравить

Самоназвание народа «тнайна» восходит к слову «тнай» — «человек». Современное самоназвание — dena’ina («люди», произношение: [dənʌʔɪnʌ] или [dənʌ͡ɪnʌ]), родственно самоназванию народа навахо — diné[7].

Русское название «кенайцы» заимствовано из языка алутииккинают»)[2]. Колчанами (гольцанами) русские называли и других атабасков (прежде всего танаина), иногда уточняя, что это «вторые» или «дальние колчане»[6].

Образ жизниПравить

 
Рыбный лабаз танаина, построенный в 1920 году, Аляска

Зимнее жилище — многосемейные рублёные дома, наземные или полуземлянки, наподобие бараборы. Они были разделены на отделения по числу семей и имели несколько очагов. С краю к ним примыкали две или более небольших камер, крытых дёрном, которые обогревались раскалёнными камнями и использовались в качестве паровой бани и зимнего жилища. В рыболовецких лагерях жили в односемейных жилищах из брёвен и дёрна, на охотничьих стоянках — в хижинах из бересты или шкур[4][2] (см. Вигвам).

Наряду с обычной для атапасков одеждой, имели водонепроницаемые сапоги из кожи лосося и такие же или из китовой мембраны камлейки. Прокалывали губы, вставляя лабретки, и нос.

Транспорт: зимой — снегоступы, летом — каноэ из бересты или шкур, заимствовали у эскимосов кожаные лодки каяк и умиак, при перевозке грузов использовали собак, с середины XIX века — собачьи упряжки, в XX веке — парусные и моторные лодки, с 1960-х гг. — мотонарты[4].

ЗанятияПравить

Занимались рыболовством (лосось: горбуша, голец) и охотой (лось, медведь, куропатка, бобр), промышляли тюленями в заливе Кука и на озере Илиамна[4]. Специально не ходили на китов, но если тот выбрасывался на берег залива, то люди пользовались его мясом и жиром[2]. Женщины вялили юколу, собирали ягоды, запасали икру, вываривали рыбий жир[2]. Осенью совершали походы для промысла оленей-карибу и горных баранов. Употребляли покупную самородную медь. Жили полуоседло в зимних селениях (оседло — в заливе Качемак на полуострове Кенай), покидая их на весну-осень для рыбной ловли и охоты. Активно участвовали во внутри- и межплеменной торговле. Сокровищем и меновым эквивалентом служили раковины денталиум, позднее также бисер[4].

Сегодня танаина занимаются коммерческим рыболовством (на арендованных или собственных судах), работой по найму в строительстве и других отраслях, коммерческими авиаперевозками на собственных небольших самолётах, туристическими гидами (рыболовство и охота). С середины XX века часть танаина получает долю доходов от нефтедобычи. В ряде районов сохраняются традиционные занятия (у внутриматериковых танаина — охота на карибу)[4].

Духовная культураПравить

РелигияПравить

В основе традиционной религии — шаманизм. Существовали мифы о культурном герое и трикстере Вороне, циклы преданий (сукду) о сверхъестественных существах, о животных (тотемизм), охотничьи культы. Согласно верованиям танаина, человек продолжает после смерти жить в земле также, как и на земле. Различие в том, что там спят, когда на земле бодрствуют, и наоборот[2].

Современные танаина исповедуют, помимо анимизма (10 %), также христианство (60 %): протестантизм (60 %), католицизм (20 %), пресвитерианство (20 %). 10 % танаина нерелигиозны[3].

МифологияПравить

У индейцев атабаскской этнолингвистической группы существовало поверье, что «раньше все животные были людьми» и могли понимать человеческий язык и даже говорить на нём. Однако позднее животные якобы утратили способность говорить на человеческом языке и принимать их облик. Тем не менее, индейцы считают, что некоторые животные могут понимать их язык, по причине чего некоторые охотники избегают называть промысловых животных прямым именем — это табу. У танаина особым животным была рогатая сова, которая понимала человеческий язык и своим уханьем общалась с шаманами, предсказывала погоду и предупреждала о грозящих катастрофах[8].

Миф о происхожденииПравить

По преданиям кенайцев, Ворон сотворил из различных веществ двух женщин, каждая из которых стала родоначальницей поколений. Из одного поколения вышло 6 родов: Кахгия (от крика ворона), Кали (от рыбьего хвоста), Тлахтана (от травяной циновки), Монтохтана (от заднего угла в избе), Чихеи (от краски), Нухши (упавшие с неба). Из другого поколения вышло 5 родов: Тульчина (от охоты купаться в холодной воде, когда она осенью начинает замерзать), Катлухтана (охотницы нанизывать бисер), Шшулахтана (обманщики, подобные ворону, который при сотворении людей их обманывал), Нучихги и Цальтана (от горы возле озера Скилях, близ вершины реки Коктну)[2].

Социальная организацияПравить

Мужчины поколения 6 родов не могут жениться в тех же родах, но обязаны выбирать жён в другом поколении. Дети причисляются к тому роду и поколению, к которому принадлежит мать. Ближайшим наследником считается дитя, рождённое сестрой; сын наследует небольшую часть от отца, поскольку ещё при жизни выбрал свою долю пищей и одеждой[2].

Богатые танаина владели рабами — пленными эскимосами, которых в своём языке называли «ульчна» (от «ульчага» — «невольник»)[2]. Через несколько лет рабам могла предоставляться свобода; престиж богача возрастал, если вольноотпущенник оставался с ним. Существовала кровная месть (также с войнами, когда пленных не порабощали, а за выкуп отпускали) и выкуп за убитого[4]. Эти практики в правление Российской Империи пресекали, конфликты решали мирно после рассмотрения вопроса управляющим[2].

СватовствоПравить

Практиковался авункулокальный брак[4]. Жених без приглашения являлся в дом избранной им невесты, топил баню, добывал пищу, таскал воду. Это продолжалось, пока его не спрашивали, кто он такой и для чего так трудится. Объявив своё желание жениться, жених оставался на целый год в доме работником. По окончании этого срока отец невесты выплачивал соразмерную плату за услугу жениха, который теперь мог увести невесту в свой дом. Свадебный обряд отсутствовал. Зажиточные мужчины имели 3—4 жены, каждая из которых вела собственное хозяйство[2].

Женщина при желании могла вернуться в родительский дом, затребовав выплаченные средства за работу при сватовстве. Она имела право собственности и оставляла себе все подарки и все купленные ею вещи, а муж мог при необходимости выкупить их у неё[2].

ПохороныПравить

Умершего оплакивало всё поколение у разведённого огня. Хозяин дома, где собрались оплакивающие, облачался в лучшие одежды, надевал головной убор из орлиных перьев, продев через носовой хрящ орлиное перо и с вычерненным лицом являлся перед собранием петь надгробную песню. Он воспевал подвиги покойного, а остальные вторили ему, после каждого стиха били в бубен и плакали в один голос:

«Он всех смелей гонялся за белугами;
Никогда не возвращался домой без добычи;
Пойдёт ли за хребты за оленями,
Стрела его летала прямо в сердце зверя;
Встретит ли медведь в лесу,
Не упускал он ни чёрного, ни бурого!»

После церемонии глава дома раздавал между родственниками имущество покойного. Близкие друзья покойного не участвовали в церемонии оплакивания, но дарили ближайшему родственнику шкуры. Тело умершего предавали огню, а прах зарывали в землю. Последующий год ближайший родственник старался добыть по возможности много шкур, чтобы справить поминки. Он приглашал свой род и трёх приятелей, угощал их и дарил им кожи в благодарность за помощь в похоронах. Родственники танцевали, пели печальные песни, стараясь заслужить одобрение от гостей и приятелей. С этого дня упоминать имя покойного было запрещено, а ближайший родственник менял собственное имя, которым покойный звал его при жизни. За нарушение табу виновному полагалось откупиться подарком[2].

Выдающие представителиПравить

ПримечанияПравить

  1. Barry Pritzker. A Native American Encyclopedia: History, Culture, and Peoples. — Oxford University Press, 2000. — С. 516–517. — ISBN 978-0-19-513877-1.
  2. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 Врангель Ф. П. Обитатели Северо-Западных берегов Америки (рус.) // Сын Отечества. — СПб: Издательство А. Смирдина, 1839. — Т. VII. — Ч. 1. — С. 52—53, 56—66.
  3. 1 2 Project, Joshua. Tanaina in United States (англ.). Дата обращения 24 июля 2017.
  4. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Танаина (США) — Etnolog.ru. etnolog.ru. Дата обращения 24 июля 2017.
  5. Waldman, Carl. Encyclopedia of Native American tribes. — Infobase Publishing, 2014. — 385 с. — ISBN 1438110103.
  6. 1 2 Гринев А. В. На берегах Медной реки: индейцы атна и русские в 1783-1867 гг. // Америка после Колумба: взаимодействие двух миров.
  7. Arnold Krupat. Native American Autobiography: An Anthology. — University of Wisconsin Press, 1994. — С. 513. — ISBN 978-0-299-14024-3.
  8. Байдак А. В., Ким-Малони А. А. Типологические параллели в выражении анимизма и антропоморфизма у некоторых коренных народов Сибири и Аляски // Национальный исследовательский Томский государственный университет. — 2013. — № 2 (22). — С. 8. — ISSN 1999-6195.