Гелиболулу Мустафа Али

Гелиболулу Мустафа́ Али́ (тур. Gelibolulu Mustafa Âlî; 28 апреля 1541, Гелиболу, совр. Турция — 1600, Джидда, совр. Саудовская Аравия) — османский историк и поэт. Занимал различные посты на службе у шехзаде Селима, шехзаде Мурада. Отдельный труд Мустафа Али посвятил подробному описанию последней кампании Сулеймана в Сигетваре, обстоятельствам смерти Сулеймана и возведения на трон его сына Селима. Али является автором хроник ширванской кампании Лала Мустафы-паши и грузинской кампании Коджа Синана-паши, бывших этапами Османо-сефевидской кампании (1578—1590). Перу Мустафы Али принадлежит описание войны сыновей Сулеймана (Селима и Баязида). Али оставил подробный отчёт о быте османского Каира. Мустафа Али написал четыре дивана и использовал 24 метра в своих стихах.

Гелиболулу Мустафа Али
Нусретнаме, TSM, fol.43b (деталь)
Нусретнаме, TSM, fol.43b (деталь)
Дата рождения 28 апреля 1541(1541-04-28)
Место рождения
Дата смерти 1597 или 1600
Место смерти
Страна
Род деятельности историк, поэт
Эта персоналия из Османской империи. В Османской империи фамилии не использовались. В Турции они начали использоваться лишь с 1934 года, когда был принят закон о фамилиях.

БиографияПравить

Происхождение и ранние годыПравить

Сведения о жизни и происхождении Мустафы Али известны из его собственных произведений. Мустафа родился 28 апреля 1541 года в Галлиполи[1] (ранее приводилась дата 24/25 апреля[2]) в семье образованного и успешного торговца Ахмеда бин Абдуллаха. Полное имя историка — Мустафа бин Ахмад бин Абдулмевля (тур. Muṣṭafā bin Aḥmed bin ʿAbdülmevlā). Отец Мустафы, имевший, возможно, боснийское происхождение, был из рабов, набранных по системе девширме[3]. Мать Мустафы, Уммухани, была внучкой шейха Муслих ад-дина Мустафы (Муслихиддина), ученика и духовного последователя накшбандийского шейха Сайида Ахмада Бухари (умер в 1516/17 году). У Муслихиддина было двое детей. Помимо дочери, ставшей бабкой по матери Мустафы Али, у него был сын, Дервиш Челеби, личный имам Сулеймана I[4].

Галлиполи был культурным центром Османской империи, более тридцати поэтов родились и выросли в нём. В городе были медресе, собравшие в качестве мюдеррисов (преподавателей) выдающихся учёных, толкователей законов и поэтов[5]. Ахмед бин Абдуллах имел образованных друзей и понимал ценность образования, которое в Османской империи служило пропуском в слой чиновников. Он мог позволить себе оплатить образование для своих троих сыновей: у родителей Мустафы было ещё два сына — Мехмед и Ибниямин[6]. Мустафа начал посещать школу в возрасте шести лет. Как положено, он начал с изучения арабского языка, тафсира и фикха. Позже поэт жаловался, что его часто били в классе, но он не сдавался, упорствовал и проявлял склонность к учёбе. К 12 годам он хорошо знал арабский язык и основы теологии[7]. С этого возраста начался второй этап обучения. Мустафа изучал продвинутую арабскую грамматику с Хабиб-и Хамиди, а логику и теологию — с Синаном Калифе[7]. В это время арабский язык был языком науки, а персидский — языком двора и литературы. В своих произведениях Мустафа нигде не упоминает, каким образом освоил персидский, но он должен был изучить его в раннем возрасте, чтобы достичь такого владения языком, которое автор демонстрирует в произведениях. Возможно, Мустафа (и один из его братьев) изучал персидский с частным учителем. Языком личного общения в семье Мустафы был турецкий[8]. Оба брата Мустафы тоже, как и он сам, получили образование и к 1553 году имели должности при диване[6].

В 15 лет Мустафа начал писать стихи под псевдонимом Чешми (тур. ÇEŞMΠ— «надеющийся»), однако уже вскоре он сменил его на Али (тур. ÂLΠ— «высокий, надменный, возвышенный»)[5]. Хабиб-и Хамиди стал первым поэтическим наставником Мустафы, но в 1558 году его сменил Сурури[az][9]. Влияние Сурури заметно в произведениях этих лет. Параллельно Мустафа Али продолжил обучение в Стамбуле, посещая медресе Рустема-паши, Хасеки и Семание. Учителем его стал Мевляна Шамс ад-Дин Ахмед, сын высшего авторитета в толковании законов, шейх аль-ислама Эбусууда-эфенди. Мустафа изучал право, грамматику и художественную литературу и к 1560 году в 19 лет завершил sahn-ı sem’an — высшую ступень в османском образовании[10].

В свите шехзаде СелимаПравить

Первую свою книгу «Михр-у-мах» («Солнце и луна») начинающий поэт представил в 1558 году в Кютахье шехзаде Селиму. К этому времени он имел должность мулазима. Селим предложил Мустафе Али поступить на службу в качестве секретаря его канцелярии (диван катиби) в Конье, и в 1560/61—1563 годах историк находился в свите шехзаде[11]. Уже в это время имя Мустафы Али было перечислено среди выдающихся поэтов своего времени в библиографическом словаре Ахмеда-челеби[12].

Мирахур двора Селима, Турак Челеби, покровительствовал поэтам и даже поднял зарплату Мустафы Али за счёт своих денег[13]. Однако тому было мало славы придворного провинциального поэта, он хотел служить не принцу, а султану. Известно, что он подавал прошение о службе Сулейману, на что султан ответил, что у поэта уже есть хозяин. В 1563 году лала Селима, Мустафа-паша, был заменён на Хуссейна-пашу[tr], с которым у Мустафы Али сложились враждебные отношения[14].

На службе у Лала МустафыПравить

 
Мустафа Али (слева) и Лала Мустафа-паша (справа) у захоронения Джалаладдина Руми.
Нусрет-наме, TSM, H 1365, fol. 36a

Мустафа Али обратился к Мустафе-паше с прошением о месте, которое вельможа удовлетворил. Он принял поэта на должность личного секретаря, и последующие несколько лет (до 1568 года) Мустафа Али провёл, сопровождая Мустафу-пашу. Поэт был в Дамаске и Египте, стал свидетелем подготовки экспедиции Лала Мустафы-паши по покорению Кипра[2].

В этот период своей жизни Мустафа Али познакомился с Кыналызаде Хасаном Челеби[en], который в конце лета 1563 года был назначен кади Дамаска. Вспоминая об этих годах, Мустафа Али с восхищением отзывался о широте познаний Хасана Челеби. Между учёными возникли дружеские отношения, и они встречались каждую неделю, чтобы критиковать труды друг друга в процессе создания. По словам Мустафы Али, Кыналызаде сказал: «…настоящая дружба означает смотреть на труды друга глазом врага». До самой смерти Кыналызаде в 1609 году они поддерживали дружеские отношения и переписку[15]. Во время службы в Дамаске поэт создал сборник касыд и газелей. Одна из сохранившихся копий относится к 1567 году и переписана братом Мустафы, Мехмедом. Вероятно, Мустафа похлопотал о том, чтобы его младший брат служил рядом с ним[16].

Находясь на службе у Лала Мустафы-паши, Мустафа Али получал важную информацию, которую использовал для описания войны между сыновьями Сулеймана, Селимом и Баязидом. Книга об этих событиях была закончена и преподнесена Лала Мустафе-паше в 1568/69 году[16].

В декабре 1567 года великий визирь Соколлу Мехмед-паша назначил покровителя Мустафы Али, Лала Мустафу-пашу, сардаром экспедиции по покорению Йемена, который объявил о независимости от Османской империи. Для подготовки кампании вновь назначенный сардар вместе со своей свитой отправился в Каир[17]. Бейлербеем Египта был Коджа Синан-паша. Между двумя вельможами возник конфликт, сопровождавшийся жалобами и доносами в Стамбул. В 1569 году Лала Мустафа-паша был отозван обратно в Стамбул и отдан под суд, а сардаром в экспедиции стал Синан-паша[18].

Этот конфликт отразился и на судьбе Мустафы Али. В дальнейшем Мустафу Али часто снимали с постов или заставляли долго ждать назначений. Поэт связывал это с ненавистью Соколлу Мехмеда-паши и Коджи Синана-паши к Лала Мустафе-паше. Поскольку труды Мустафы Али были основой для многих последующих хроник и исследований, этот конфликт также определил трактовку образов всех его участников в османской историографии. Оздемироглу Осман-паша, сторонник Лала Мустафы-паши, изображается как великий герой, тогда как Коджа Синан-паша осуждается как один из главных разрушителей Османской империи[19].

При дворе шехзаде Мурада и в СтамбулеПравить

Мустафа Али не вернулся в Стамбул с Лала Мустафа-пашой. В декабре 1568 — январе 1569 года Али достиг Манисы, санджака шехзаде Мурада, где подарил наследнику написанную несколько лет назад книгу «Чувства и верность» («Mihr ü Vefâ»). Он также закончил книгу «Редкость воинов» («Nâdirü'l-Mehârib»), в которой возносил хвалу Селиму на трёх языках. Мурад не дал ему никакой официальной должности, но, видимо, одарил и привечал, поскольку весной 1569 года Мустафа Али всё ещё находился в свите принца[20]. Мурад поручил Али написать бах-наме (учебное пособие по сексу) для его маленького сына, принца Мехмеда. Несмотря на то, что Мехмеду было всего два года и такое пособие ещё не было актуально, но Али написал «Rahat un-nufus» — перестроенный и аннотированный перевод арабского трактата. Вероятно, заказчик оказался доволен трудом Али. Во всяком случае, в сентябре 1569 года поэт прибыл в Стамбул с рекомендательным письмом Мурада. К этому времени Лала Мустафа-паша, использовав свои связи и привязанность к себе Селима, был оправдан, получил прощение и ранг шестого визиря. По неясной причине Али не смог найти влиятельного придворного, чтобы представить своё рекомендательное письмо султану или Соколлу Мехмеду-паше, — либо в это время отношения Али с его бывшим покровителем, Лала Мустафой, были напряжёнными, либо позиция Лала Мустафы ещё не была достаточно безопасной[21].

Али вернулся в круг столичных интеллектуалов, в котором вращался до отъезда в Малую Азию. Он начал посещать салон Шемси Ахмеда-паши — поэта, родственника Селима и его музахиба (компаньона)[22]. Вместе с Шемси Ахмедом Али был свидетелем страшного пожара в еврейском квартале Стамбула в конце сентября 1569 года. Пламя бушевало в течение недели и уничтожило тысячи домов. Али использовал огонь как оригинальную тему и написал «Книгу пламени» («Harik-name») в виде письма к Кыналызаде, который тогда был кади Эдирне. В добавлении Али возносил хвалу Соколлу Мехмеду-паше за его умелое управление в период кризиса. Однако это не помогло Али получить должность, и зиму 1569—1570 года он провёл в Стамбуле, не имея назначения. В это время он сблизился с влиятельным и богатым Бали-эфенди, шейхом тариката халватия. Бали-эфенди поддерживал Али материально. Тогда же последний сблизился и с другим шейхом халватии, Нуриддинзаде Муслихиддином, который соперничал с Бали-эфенди. В этом соперничестве Али (не без колебаний) принял сторону Муслихиддина, бывшего наставником Соколлу. Именно этот выбор поспособствовал получению Мустафой Али назначения на новую должность. Али, возвеличивая великого визиря, описал осаду Сигетвара и сопутствующие события (сокрытие смерти Сулеймана, вызов Селима, джулюс Селима в Белграде) в книге «Семь сцен», а шейх Муслихиддин вместе с письмом Мурада передал «Семь сцен» Соколлу[23].

На службе у Ферхада-пашиПравить

В 1570 году Мустафа Али был отправлен секретарём в Килис к санджакбею Ферхаду-бею[en], ещё одному родственнику Соколлу[24]. Впоследствии Али оценивал это назначение как ссылку и выражал обиду за удаление из столицы. По его мнению, великий визирь либо мстил ему за преданность Лала Мустафе-паше, либо был не в состоянии оценить литературный дар Али. Однако Соколлу лишь удовлетворил просьбу, высказанную Мурадом в рекомендательном письме: дать Али зеамет. Получение такого крупного поместья было доступно лишь в провинциях[25].

Когда в 1574 году Ферхад-бей стал бейлербеем Боснии, он, будучи, вероятно, доволен службой Али, забрал его с собой[26]. Али вёл официальную переписку Ферхада-бея. Несмотря на жёсткие характеристики, который впоследствии в своих трудах он давал своему начальнику, их отношения, видимо, были достаточно хорошими[27].

В Боснии Али прослужил до 1577 года[28]. Ни в одной из своих работ Али не описывает годы службы с Ферхадом-беем. В течение своего пребывания в Боснии Али искал возможность уехать. Известно его письмо Лала Мустафе-паше, бывшему тогда в Кипрской экспедиции. Али писал о том, что их отношения пострадали из-за клеветы и зависти других приближённых Мустафы-паши. Далее поэт просил о дефтере Кобаса в Боснии. Как подношение Али отправил бывшему патрону трактат о суфизме и посулил прислать трёх высоких красивых пажей (ичогланов) из Боснии[29]. Али послал касыду паше Буды, родственнику Соколлу, обращался к Феридуну Ахмету, секретарю дивана и личному секретарю Соколлу. Али писал и самому Соколлу с просьбой дать ему освободившийся зеамет, указывая, что он верно служит кузену Соколлу, Ферхаду-бею[27].

В самом начале службы в Боснии Али посетил Ашик-паша-заде, который служил кади Скопье[30]. Али бывал в Зворнике у Ташлыджалы Яхьи, ещё одного известного поэта того времени. Знания Али произвели большое впечатление на Яхью, который не получил образования в классическом медресе. Через год после их встречи Яхья отправил к Али своего сына Адема-челеби с проектом введения к новой редакции своего дивана. Он просил Али проверить текст на наличие ошибок, особенно в арабских конструкциях. Ещё одним поэтом, с которым Али поддерживал отношения в Боснии, был Сани, религиозный ученый, проживавший в Сараево. Они обменивались стихами и писали назире (ответы, параллели) к стихам друг друга[31].

Жизнь в годы правления МурадаПравить

 
В Ардагане Лала Мустафа-паша получает письмо, заключённых кызылбашей и кызылбашские головы от Хусрева-паши, бейлербея Вана. Али с книгой в руках изображён по правую руку от Мустафы-паши.
Нусрет-наме, TSM, H 1365 fol. 62b

После смерти Селима в 1574 году и восшествия на престол Мурада Али воспрял духом в надежде перебраться в столицу. Он сочинил много новых касыд с поздравлением Мурада и даже обращённых к сыну Мурада, принцу Мехмеду. Во вступлении к дивану он, обращаясь к Мураду, просит признать его дар и не забыть в провинции. В 1575 году Али предпринял поездку в Стамбул, которая, однако, оказалась бесплодной[32]. Али с горечью писал о разочаровании, которое постигло его, когда он обратился за помощью к Шемси-паше, ставшему фаворитом и музахибом Мурада. Поэту было важно получить поддержку Шемси-паши, который собирал литературный салон в своём дворце. Однако Шемси-паша ответил, что он будет помогать лишь себе[33].

В 1578 году он нашёл покровителей в правительстве Мурада III и вернулся в Стамбул на пост секретаря своего бывшего патрона, Лала Мустафы-паши, ставшего третьим визирем[32]. Вскоре после этого назначения поэт сопровождал Мустафу-пашу в Ширван во время османской кампании 1578—1579 годов против Сефевидов[33]. После смерти Лала Мустафы-паши в 1580 году Али проживал в провинции[33]. В 1581—1583 годах он был отправлен в Алеппо дефтердаром[33]. В 1584—1585 годах он был башдефтердаром (главным дефтердаром) провинции Эрзурум, это самая крупная должность, которую он когда-либо занимал. В 1585 году Али был назначен дефтердаром Багдада, но был снят с должности даже до того, как вступил в неё[33].

Оставшись без поста в возрасте сорока четырёх лет, Али написал письмо в Стамбул с просьбой о разрешении выйти на пенсию или же быть назначенным на должность, которая позволила бы ему совершить паломничество в Мекку и Медину. В это время Али совершил паломничество к святым местам в Ираке и оплатил сооружение фонтана в Кербеле, на месте мученичества имама Хусейна. Али уехал из Багдада в Стамбул летом 1586 года. Он снова просил о назначении, но опять же безрезультатно[34].

Трудный характер Али и острое перо нажили ему много врагов как в Стамбуле, так и в провинциях. Это было основной причиной, создававшей трудности в получении должностей. Период вынужденного безделья в Стамбуле стал для Али плодотворным с точки зрения творчества. Когда в 1587 году родился новый шехзаде, Али написал и представил Мураду короткий труд, описав благоприятные астрологические знаки. В начале апреля 1587 года он закончил Деяния. К тому времени литературные труды Али заработали ему высокую репутацию среди улемов, религиозных учёных[34].

Тем не менее ему всё равно пришлось ждать до 1588 года, чтобы получить новый пост (дефтердара Сиваса)[34]. Лишившись в очередной раз должности в 1591 году, Али начал писать главный труд своей жизни, «Суть событий». В 1592 году Али был назначен на престижную должность регистратора дивана (defter emini)[35]. Затем, после восшествия на престол Мехмеда III (1595—1603), Али был назначен санджакбеем сначала в Амасью в 1595 году, а затем в Кайсери в 1596 году. Последней должности он вскоре лишился из-за суматохи в системе назначения. Следующие три года Али жил в Стамбуле, не имея должности и активно работая над «Сутью событий». В 1599 году он был назначен санджакбеем Дамаска, но снова лишился должности ещё до того, как принял пост. В качестве компенсации он вскоре получил назначение санджакбея Джидды[35]. Там он и умер в 1600 году[36].

Основные произведенияПравить

Известно около сорока работ Мустафы Али[9].

ИсторическиеПравить

13 трудов Мустафы Али посвящены истории. Основные из них:

  • «Суть событий» («Künhü'l-Ahbâr») — главный и самый важный труд Али. Работа над книгой была начата в 1591 году и продолжалась на протяжении шести[9] (по другим данным, восьми[37]) лет. В четырёх томах Али изложил мировую историю, включая историю Османской империи, в последнем томе подробно описаны события, свидетелем которых был поэт. Будучи его автором, Али прославился как один из самых известных османских историков[38].
  • «Книга Победы» («Nusret-nâme») — иллюстрированная история Ширванской кампании, написанная в 1580 году. Позже Али посвятил её Газанферу-аге, капы-аге (главному белому евнуху) гарема. Книга является компиляцией писем, написанных во время кампании. Али заказал пять иллюстраций для текста за свой счёт (позднее издание включало больше миниатюр) и представил труд султану Мураду, вероятно, в 1583 году. Это первая светская книга в Османской империи, описывающая не деяния султана, а военную кампанию[39].
  • «Fursatnâme» — книга о грузинской кампании 1580 года под началом Синана-паши, сменившего на посту сардара Лала Мустафу-пашу. Написана по заказу Синана-паши[40].
  • «Редкость воителей» («Nâdirü'l-Mehârib») — история борьбы двух сыновей Сулеймана — Селима и Баязида. Книга, законченная в 1569 году, заканчивается воцарением Селима. Источником послужили сведения, полученные от Лала Мустафы-паши[41].
  • «Семь сцен» («Heft-Meclis») — история осады Сигетвара и сопутствующих событий (сокрытие смерти Сулеймана, вызов Селима, джюлюс Селима в Белграде). Книга написана в 1569 году и представлена Соколлу Мехмеду-паше[42].
  • «Данишменд-наме» («Mirkatü'l-Cihâd») — книга о завоевании Анатолии Данишмендом[43].
  • «Избранная история» («Zübdet üt-tevarih») — перевод труда Адюддина ал-Иджи (тур. Adudüddin el-Îcî), выполненный по заказу Ферхада-паши[44].
  • «История исламских государств» («Fusûli’-Hall ü-‛Akd ve Usûl-i Harc u Nakd»)[45].
  • «Блеск ста драгоценных камней» («Sadef-i sad güher»)[2] — книга содержит информацию о семье и детстве Мустафы[9].

ПоэзияПравить

  • «Солнце и луна» («Mihr ü Mâh») — первый поэтический сборник Мустафы Али. Представлен Селиму[46].
  • «Чувства и верность» («Mihr ü Vefâ»)[47].
  • «Любопытство поклонников» («Tuhfetü'l Uşşâk») — назире[k 1] на «Восхождение светил» (Matla ul-Anwar) Хосрова Дехлеви. Месневи[k 2] о суфизме и суфийских святых, завершённое в 1562 году в Кютахье при дворе Селима[49].
  • «Пристанище ищущих» («Riyâzü's-Sâlikin»)[50].
  • Тюркские диваны (три)[51].
  • Персидский диван[51].

ДругиеПравить

  • «Советы султанам» («Nushatü's-Selâtin») — книга, начатая в 1581 году в Ване и оконченная в 1587-м. Это иллюстрированная книга о политических реформах, адресованная непосредственно султану Мураду III[52].
  • «Рождение уникальных жемчужин» («Feraidü’l-vilade») — книга, написанная в 1587 году по случаю рождения сына султана, в которой Али описал благоприятные астрологические знаки[53].
  • «Зеркало миров» («Mir’atü’l-avalim») — книга, написанная в 1587 году по заказу Доганджи Мухаммеда-паши и посвящённая эзотеризму, которым увлекался султан[54].
  • «Деяния художников» («Menâkıb-ı Hünerverân») — книга об искусстве каллиграфии и миниатюры. Содержит также жизнеописания османских мастеров этих искусств[55].
  • «Положение Каира в свете увиденных обычаев» («Hâlâtü'l-Kâhire mine’l-Âdâti’z-Zâhire») — «уникальное описание Каира 1599 года». Написано за один-два месяца в 1599—1600 годах[56].
  • «Câmiü'l-Buhûr der-Mecâlis-i Sûr» — книга, написанная в 1583 году. Весной 990/1582 года, когда Али был в Алеппо, ему поступил заказ от двора на составление письма с поздравлениями по случаю празднования обряда сюннет шехзаде Мехмеда. Эти торжества, которые продолжались несколько недель, были тщательно организованы. Несмотря на то, что Али не присутствовал в Стамбуле, он собрал описания очевидцев и написал очень подробный отчёт. В 1585—1586 годах, через три года после написания, Али подготовил презентационную копию текста. В ней оставлено девять пустых страниц для иллюстраций. Однако по неизвестным причинам эти девять миниатюр никогда не были выполнены. Несмотря на это, текст важен, поскольку отмечает начало новой традиции — сюрнаме, описание отдельных торжественных событий в семье султана[57].

ОценкаПравить

Мустафу Али называют самым известным османским историком XVI века[58]. «Деяния художников» («Menâkıb-ı Hünerverân») Мустафы Али являются первым в истории османов трактатом об истории культуры[59], а «Суть событий» («Künhü'l-Ahbâr») — это наиболее полный источник по истории Османской империи XVI века[60].

Одно из первых стихотворений Мустафы, написанное под псевдонимом Чешми, — газель, хранящаяся в Национальной библиотеке Анкары. По мнению профессора Аксояка, специалиста по творчеству Мустафы Али, изменение псевдонима было ключевым моментом в творчестве Мустафы. Для такого человека, каким был Мустафа (гордого и неуживчивого), Чешми было слишком романтично. Имя Али лучше отражало характер поэта[61].

Али писал стихи до конца жизни. Время от времени он собирал написанное и давал каждому стихотворению название, а затем собирал в диваны. Всего известно четыре дивана Али, относящихся к различным периодам жизни поэта. Первый диван Али был исследован Аксояком. В этом диване встречаются почти все известные в то время стихотворные формы. Помимо газелей, встречающихся во всех диванах, этот диван содержит формы, а также темы, не обнаруженные в других диванах. Использование 24 стихотворных метров — особенность поэзии Али[61].

КомментарииПравить

  1. Назире — ответ на произведение другого автора. При написании назире автор заимствует у своего предшественника сюжет и главных персонажей.
  2. Месневи — дидактическое эпическая поэма, написанная рифмующимися двустишиями[48].

ПримечанияПравить

  1. Kütükoğlu, 1989; Akin, 2011, p. 18; Рыженкова, 2016.
  2. 1 2 3 Kütükoğlu, 1989.
  3. Akin, 2011, p. 16.
  4. Akin, 2011, p. 18; Fleischer, 2014, p. 17.
  5. 1 2 Akin, 2011, p. 18.
  6. 1 2 Fleischer, 2014, p. 20.
  7. 1 2 Fleischer, 2014, p. 21.
  8. Fleischer, 2014, p. 22.
  9. 1 2 3 4 Рыженкова, 2016, с. 58.
  10. Akin, 2011, p. 19; Fleischer, 2014, p. 28—29.
  11. Kütükoğlu, 1989; Рыженкова, 2016, с. 58; Fleischer, 2014, p. 34—35.
  12. Akin, 2011, p. 14.
  13. Fleischer, 2014, p. 37.
  14. Fleischer, 2014, p. 39.
  15. Fleischer, 2014, p. 43.
  16. 1 2 Fleischer, 2014, p. 44.
  17. Fleischer, 2014, p. 45—47.
  18. Fleischer, 2014, p. 45—49.
  19. Fleischer, 2014, p. 51.
  20. Fleischer, 2014, p. 54—55.
  21. Fleischer, 2014, p. 55; Kütükoğlu, 1989; Akin, 2011, p. 18.
  22. Fleischer, 2014, p. 55.
  23. Fleischer, 2014, p. 58.
  24. Kütükoğlu, 1989; Akin, 2011, p. 18; Fleischer, 2014, p. 58.
  25. Fleischer, 2014, p. 59—60.
  26. Fleischer, 2014, p. 61.
  27. 1 2 Fleischer, 2014, p. 66.
  28. Kütükoğlu, 1989; Akin, 2011, p. 18.
  29. Fleischer, 2014, p. 61—62.
  30. Fleischer, 2014, p. 63.
  31. Fleischer, 2014, p. 64.
  32. 1 2 Akin, 2011, p. 18—19.
  33. 1 2 3 4 5 Kütükoğlu, 1989; Akin, 2011, p. 19.
  34. 1 2 3 Kütükoğlu, 1989; Akin, 2011, p. 22—23.
  35. 1 2 Akin, 2011, p. 23—24; Kütükoğlu, 1989.
  36. Kütükoğlu, 1989; Рыженкова, 2016, с. 59.
  37. Akin, 2011, p. 25.
  38. Akin, 2011, p. 23—24; Schmidt, 2002; Ertaş, 2013; Uğur, 1995; Рыженкова, 2016, с. 58; Aksoyak, 2005.
  39. Eravcı, 2003; Akin, 2011, p. 20; Kütükoğlu, 1989; Ertaş, 2013; Hilyetü'r-Ricâl, 1994, p. XVII.
  40. Hilyetü'r-Ricâl, 1994, p. XVII.
  41. Fleischer, 2014, p. 44; Kütükoğlu, 1989; Ertaş, 2013; Hilyetü'r-Ricâl, 1994, p. XVII.
  42. Fleischer, 2014, p. 58; Kütükoğlu, 1989; Eravcı, 2010; Ertaş, 2013; Hilyetü'r-Ricâl, 1994, p. XVII.
  43. Ertaş, 2013; Kütükoğlu, 1989; Hilyetü'r-Ricâl, 1994, p. XVIII.
  44. Kütükoğlu, 1989; Akin, 2011; Ertaş, 2013; Рыженкова, 2016, с. 58; Kütükoğlu, 1989; Hilyetü'r-Ricâl, 1994, p. XVII.
  45. Yücel, 2004; Ertaş, 2013; Hilyetü'r-Ricâl, 1994, p. XVIII—XIX.
  46. Kütükoğlu, 1989; Ertaş, 2013.
  47. Akin, 2011, p. 114; Ertaş, 2013.
  48. Месневи, 1934.
  49. Fleischer, 2014, p. 37; Ertaş, 2013; Aksoyak, 2003.
  50. Fleischer, 2014, p. 42; Ertaş, 2013.
  51. 1 2 Ertaş, 2013.
  52. Akin, 2011, p. 20; Kütükoğlu, 1989; Рыженкова, 2016, с. 58.
  53. Akin, 2011, p. 23.
  54. Akin, 2011, p. 23; Kütükoğlu, 1989.
  55. Akin, 2011; Ertaş, 2013; Kütükoğlu, 1989; Hilyetü'r-Ricâl, 1994, p. XVIII.
  56. Рыженкова, 2016, с. 59; Ertaş, 2013; Hilyetü'r-Ricâl, 1994.
  57. Akin, 2011, p. 20—21; Kütükoğlu, 1989; Ertaş, 2013; Hilyetü'r-Ricâl, 1994, p. XVII.
  58. Kütükoğlu, 1989, Akin, 2011, Рыженкова, 2016.
  59. Akin, 2011, p. 5.
  60. Akin, 2011, p. 11.
  61. 1 2 Isen,Aksoyak.

ЛитератураПравить

СсылкиПравить