Открыть главное меню

Варя́ги (др.-сканд. Væringjar, греч. Βάραγγοι) — профессиональная и этническая группа в составе населения Древней Руси, наёмные воины или торговцы в Древнерусском государстве (IX—XII века) и Византии (XI—XIII века).

Варягами назывались выходцы из Скандинавии на службе у правителей Древнерусского государства и Византии[1]. Древнерусская летопись «Повесть временных лет» связывает с варягами-русью появление государства Русь («призвание варягов» в 862 году по летописной датировке). Ряд источников сближает понятие «варяги» со скандинавскими викингами. С XII века лексема «варяги» заменяется псевдоэтнонимом «немцы». Из византийских источников известны варяги (варанги) как особый отряд на службе у византийских императоров с XI века. Скандинавские источники также сообщают о том, что некоторые викинги вступали в отряды варягов (вэрингов), находясь на службе в Византии в XI веке.

В IX—X веках осуществляли интенсивный обмен между странами Северной и Южной Европы, Ближнего Востока и Передней Азии. Способствовали проникновению на север древнерусской дружинной культуры и распространению христианства в восточной Скандинавии[1].

Варяжский вопросПравить

 
Расселение и походы скандинавов

Начиная с XVIII века в исторической науке идёт спор о том, кем были легендарные варяги, согласно летописной версии, основавшие Русь. По данному вопросу сформировалось два течения, условно называемые норманизм и антинорманизм. «Норманисты» придерживаются мнения о существенном влиянии на процессы становления раннего Русского государства выходцев из Скандинавии (норманнов) и считают варягов скандинавами. «Антинорманисты», напротив, отрицают влияние скандинавов или не признают существенности этого влияния.

Попытки решения сугубо исторической проблемы часто политизировались и объединялись с национальным вопросом. В XVIII — первой половине XX веков норманнская теория (норманизм) — версия о скандинавском происхождении варягов и Руси, обвинялась в воспевании превосходства «германской расы»; в настоящее время эта связь отвергнута как ненаучная. В советское время историки были вынуждены руководствоваться партийными установками, в результате чего летописные и прочие данные отвергались как выдумки, если предполагали скандинавов среди основателей Русского государства[2].

Под «варяжским вопросом» принято понимать совокупность проблем:

«Повесть временных лет» перечисляет народы, которые входят в общность, именуемую варягами: «Идоша за море к варягом, к руси. Сице бо звахуть ты варягы русь, яко се друзии зовутся свее, друзии же урмани, аньгляне, инѣи и готе, тако и си»[3][4]). В число народов, обитающих рядом с варягами-русью, включены свее (шведы), урмани (норвежцы), аньгляне (англичане), готе (готландцы). Почти все перечисленные народы, кроме англичан, принадлежат к скандинавам, а англичане имеют скандинавское происхождение и в рассматриваемый период испытывали значительное скандинавское влияние новых норманнских переселенцев. Обращает на себя внимание присутствие тех же народов вместе с варягами в летописном списке потомков Иафета: «Афетово же колѣно и то: варязи, свеи, урмане, готѣ, русь, аглянѣ…»[3][5].

О скандинавском происхождении варягов могут свидетельствовать также различные иностранные письменные источники, данные археологии и языка. Предметы скандинавского происхождения найдены во всех древнерусских торгово-ремесленных поселениях (Ладога, Тимерево, Гнездово, Шестовица и др.) и ранних городах (Новгород, Псков, Киев, Чернигов). Более 1200 скандинавских предметов вооружения, украшений, амулетов и предметов быта, а также орудий труда и инструментов VIII—XI веков происходит примерно из 70 археологических памятников Древней Руси. Известно около 100 находок граффити в виде отдельных скандинавских рунических знаков и надписей[6]. Ряд слов древнерусского языка имеет древнескандинавское происхождение. Существенно, что в славянский язык проникали не только слова торговой лексики, но и морские термины, бытовые слова и термины власти и управления, собственные имена. Так, были заимствованы имена Глеб, Игорь, Ингварь, Олег, Ольга, Рогволод, Рогнеда, Рюрик, слова[7]: варяги, колбяги, гриди, тиун, вира, стяг, пуд, якорь, ябедник (старое значение — чиновник), кнут, голбец и другие.

В российской досоветской историографии, начиная с Н. М. Карамзина[8], варягов чаще всего отождествляли со скандинавскими народами. Большинство современных историков также придерживается этой версии[9]. Также существуют другие версии этнической принадлежности варягов: их рассматривают как финнов[10], пруссов[11], балтийских славян[12] и как варягов «руського» (то есть соляного) промысла Южного Приильменья[13][14].

С. М. Соловьев и его ученик В. О. Ключевский вслед за представителями «скептической школы» отрицали чисто этническое содержание термина «варяги» и считали, что термин был первоначально соционимом, а под варягами имелись в виду либо «все прибалтийские жители, следовательно, и славяне», либо, в основном, дружины, «сбродные шайки искателей приключений», как конкретизировал Ключевский — вооружённые купцы[15]. Ключевский отмечал, что, в отличие от викингов и норманнов в Западной Европе — пиратов и береговых разбойников, варяги в русской истории — в первую очередь, вооружённые купцы, включавшие в себя, по свидетельству Титмара Мерзебургского, «проворных данов» (ех velocibus danis), и неких беглых рабов неизвестного происхождения, преимущественно занимающиеся торговлей по Варяжскому пути. Оседая в больших торговых городах по этому пути, варяги встречали социально родственных местных вооружённых купцов и смешивались с ними, вступая в торговое товарищество с местными или нанимаясь за хорошую плату защищать местные торговые пути и торговых людей, то есть конвоировать торговые караваны[16].

Некоторые историки считают рассказ о призвании варягов заимствованием, указывая, в частности, на похожий сюжет в летописи Видукинда Корвейского, в которой идёт речь о призвании саксов бриттами[17][18].

По мнению Е. А. Мельниковой и В. Я. Петрухина, становлению княжеской династии предшествовал длительный процесс развития социально-экономических отношений у славян и финно-угров, в котором скандинавские дружины стали не более чем катализатором в связи с их участием в создании торгового маршрута из Скандинавии в Восточную Европу. Призвание Рюрика на княжение рассматривается учёными как фольклорное отражение договорных отношений (др.-рус. рядъ) между племенной знатью восточных славян и финно-угров с одной стороны и варяжской дружиной во главе с князем — с другой стороны[5][19][20][21][22][23].

В новейшее время в контексте цивилизационного подхода в истории и теорий этнокультурных взаимодействий противостояние «норманистов» и «антинорманистов» в значительной мере утратило научный смысл. Становление государственности рассматривается как длительный процесс углубления стратификации общества, завершающийся политогенезом под воздействием комплекса различных факторов[1].

ЭтимологияПравить

 
Примерный ареал распространения древнескандинавского языка и родственных ему языков в X веке:
      — западный древнескандинавский,       — восточный древнескандинавский,       — западногерманские языки,       — древнеанглийский язык,       — крымско-готский диалект.

Ретроспективно русские летописи конца XI века относили термин «варяг» к середине IX века (например, сюжет «призвания варягов»). В исландских сагах варяги (væringjar) появляются при описании службы скандинавских воинов в Византии в начале XI века. Византийский хронист второй половины XI века Иоанн Скилица впервые сообщает о варягах (варангах) при описании событий 1034 года, когда варяжский отряд находился в Малой Азии[24]. Понятие «варяги» также зафиксировано в сочинении учёного из древнего Хорезма Аль-Бируни (1029 год): «От [океана] отделяется большой залив на севере у саклабов [славян] и простирается близко к земле булгар, страны мусульман; они знают его как море варанков, а это народ на его берегу»[25] Однако, стоит отметить, что Балтийское море называли Варяжским только славяне, а восточные источники, такие как Ал-Бируни, узнали о «море Варанков» от славян. Также одно из первых синхронных упоминаний варягов относится ко времени правления князя Ярослава Мудрого (1019—1054) и содержится в тексте Русской Правды, где выделялся их особый правовой статус на Руси.

  • Сигизмунд фон Герберштейн, будучи советником посла в Московском государстве в первой половине XVI века, одним из первых европейцев ознакомился с русскими летописями и высказал своё мнение о происхождении варягов:

…поскольку сами они называют Варяжским морем Балтийское… то я думал было, что вследствие близости князьями у них были шведы, датчане или пруссы. Однако с Любеком и Голштинским герцогством граничила когда-то область вандалов со знаменитым городом Вагрия, так что, как полагают, Балтийское море и получило название от этой Вагрии; так как… вандалы тогда не только отличались могуществом, но и имели общие с русскими язык, обычаи и веру, то, по моему мнению, русским естественно было призвать себе государями вагров, иначе говоря, варягов, а не уступать власть чужеземцам, отличавшимся от них и верой, и обычаями, и языком.

.

  • В. Н. Татищев предполагал, ссылаясь на Ф. И. Страленберга, происхождение от varg — «волк», «разбойник»[26].
  • Переводчик саг с древнеисландского О. И. Сенковский считал что слово «варяги» — искажённое в славянском языке самоназвание дружины викингов — félag[27] Возникшая позднее в Византии лексема «веринги» (væringjar) могла быть заимствованием от русов, то есть была искажением слова «варяги».
  • Историк XIX века С. А. Гедеонов нашёл ещё одно близкое значение в балтийско-славянском словаре древанского наречия, опубликованном И. Потоцким в 1795 году в Гамбурге: warang, «меч».
  • Известный специалист по Византии В. Г. Васильевский полагал, что греческое название «варанги» (Βάραγγοι) и русское «варяги» образовались независимо друг от друга. Первое он полагал произошедшим от греческих слов «фаранги» (ϕάραγγοι), то есть франки или «маранги» Μαράγγο, то есть «пришелец с моря»[28], а второе — пришедшим из языка крымских готов и, через норманнов, заимствованным русскими наёмниками на службе Византии[29]. Впоследствии, в результате ошибки летописца, два этих термина слились в один[28].
  • По мнению А. Г. Кузьмина, слово происходит от кельтского var (вода), то есть под варягами понимали жителей (по версии Кузьмина: ославяненных кельтов) побережья вообще (аналог этимологии в русском: поморы)[30]. По его же мнению слово «варяги» восходит к этнониму «варины» или «варны», через промежуточный этноним «варанги», от которого выводит др.-русск. «варяги» и «Варяжское море», и возможно «вагры» и «варны» (в германской передаче имена некоторых племён балтийских славян).
  • Итальянский историк права Доменико Пардуччи, проводя параллель между варягами русских летописей и сословием waregang, существовавшем в Лангобардском королевстве, считает значение слово «приехавший по договору», видя в них пришельцев, живущих на территории принимающей стороны на условиях некоего договора или клятвы[31].
  • Распространённая версия — от др.-герм. wara (присяга, клятва), то есть варягами были воины, давшие клятву. Макс Фасмер, придерживаясь в целом этой этимологии, производит слово от предполагаемого скандинавского *váringr, vœringr, от vár «верность, порука, обет», то есть «союзники, члены корпорации»[32].
  • По мнению Льва Клейна, слово «варяг» происходит от скандинавского слова «вар» (клятва). Так называли скандинавских наемников, присягавших на верность византийскому императору (основа «вэринг» с древнегерманским суффиксом -инг, который закономерно дал славянское -енг > -яг)[33]. По мнению Е. А. Мельниковой — от скандинавского væringjar (от vár — обет, клятва), от которого также произошли средневековое лат. varangi, греч. βάραγγοι, араб. варанк[1].

Варяги на РусиПравить

Варяги-русьПравить

 
Призвание варягов. Миниатюра из Радзивилловской летописи
 
Призвание варягов. В. М. Васнецов

В синхронных документах X века (русско-византийские договоры и византийские документы) название «варяги» не используется, поэтому все упоминания этого термина до XI века носят ретроспективный характер. Термин появляется в русских письменных источниках XI века — в летописях и в Русской Правде[34]. В наиболее ранней из дошедших до нас древнерусских летописей, «Повести временных лет», варяги в числе других народов связываются с возникновением Русского государства[35], названного так по имени варяжского племени русь. Согласно летописи, Рюрик во главе руси пришёл в новгородские земли по призыву союза славяно-финских племён, чтобы положить конец внутренним раздорам и междоусобицам. Летописный свод начал создаваться во второй половине XI века, но уже тогда наблюдается противоречивость сведений о варягах.

Во вступительной части «Повести временных лет» летописец даёт перечень известных ему народов по происхождению от библейских патриархов:

«В Иафетовой же части обитает русь, чудь и всякие народы: меря, мурома, весь, мордва, заволочьская чудь, пермь, печера, ямь, угра, литва, зимигола, корсь, летгола, ливы. Поляки же и пруссы, и чудь сидят близ моря Варяжского. По этому же морю сидят варяги: отсюда к востоку — до пределов Симовых, сидят по тому же морю и к западу — до земли Английской и Волошской. Потомство Иафета также: варяги, шведы, норманны, готы, русь, англы, галичане, волохи, римляне, немцы, корлязи, венецианцы, фряги и прочие»[3].

Когда, согласно летописной версии, союз славянских и финно-угорских племён решил пригласить себе князя, его стали искать у варягов:

«В год 6370 [862 по современному летоисчислению]… Пошли за море к варягам, к руси. Те варяги назывались русью, как другие называются шведы, а иные — норманны и англы, а еще иные готы — вот так и эти. Сказали руси чудь, славяне, кривичи и весь: „Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет. Приходите княжить и владеть нами“. И избрались трое братьев со своими родами, и взяли с собой всю русь, и пришли прежде всего к славянам. И поставили город Ладогу. И сел старший, Рюрик, в Ладоге, а другой — Синеус, — на Белом озере, а третий, Трувор, — в Изборске. И от тех варягов прозвалась Русская земля»[3].

В Новгородской первой летописи этот фрагмент отсутствует: «И реша к себе: „князя поищемъ, иже бы владелъ нами и рядилъ ны по праву“. Идоша за море к Варягомъ и ркоша: „земля наша велика и обилна, а наряда у нас нету; да поидете к намъ княжить и владеть нами“»[36].

Предположительно на Руси слово «варяги» возникло в конце IX — начале X веков в скандинавской среде в связи с необходимостью отличать вновь прибывавшие на службу русским князьям военные отряды скандинавов от руси — первоначально представителей военной знати (Свенельд, Асмунд и др.) и членов древнерусской княжеской династии Рюриковичей, также имевших скандинавское происхождение. Таким образом, ранее конца IX века варяги именовались русью. Летописи применяют термин «варяги» к IX веку ретроспективно. Термин «русь», означавший представителей первой волны выходцев из Скандинавии, закрепился за социальной элитой государства, а позже перешёл на всех его жителей[1].

На русской службеПравить

Согласно «Повести временных лет», впервые к помощи варягов в качестве наёмников прибегнул князь Игорь в походе 943 года. Начиная с Владимира Святославича, варяги активно используются русскими князьями в борьбе за власть. У Владимира служил будущий норвежский конунг Олав Трюггвасон. Один из самых ранних источников по его жизни, «Обзор саг о норвежских конунгах» (около 1190 года), сообщает о составе его дружины на Руси: «его отряд пополняли норманны, гауты и даны»[37]. С помощью варяжской дружины новгородский князь Владимир захватил престол в Киеве в 979 году, после чего в 980 году постарался избавиться от них:

«После всего этого сказали варяги Владимиру: „Это наш город, мы его захватили, — хотим взять выкуп с горожан по две гривны с человека“. И сказал им Владимир: „Подождите с месяц, пока соберут вам куны“. И ждали они месяц, и не дал им Владимир выкупа, и сказали варяги: „Обманул нас, так отпусти в Греческую землю“. Он же ответил им: „Идите“. И выбрал из них мужей добрых, умных и храбрых и роздал им города; остальные же отправились в Царьград к грекам. Владимир же еще прежде них отправил послов к царю с такими словами: „Вот идут к тебе варяги, не вздумай держать их в столице, иначе натворят тебе такое же зло в городе, как и здесь, но рассели их по разным местам, а сюда не пускай ни единого“»[3].

При князе Владимире появились свидетельства о крупном контингенте русов (около 6 тысяч) в византийском войске. Восточные источники подтверждают отправку Владимиром воинов на помощь греческому императору, называя их русами[38]. Хотя неизвестно, относятся ли эти «русы» к варягам Владимира, историки предполагают, что от них в Византии вскоре произошло название варанги (Βάραγγοι), обозначавшее представителей отборного воинского подразделения, состоящего из различных этносов.

Варяги активно привлекались Ярославом Мудрым, в междоусобной войне с князем Святополком. Сага «Прядь об Эймунде»[39] сохранила условия наёма варягов в войско Ярослава. Предводитель отряда в 600 воинов Эймунд выдвинул такие требования за год службы:

«Ты должен дать нам дом и всей нашей дружине, и сделать так, чтобы у нас не было недостатка ни в каких ваших лучших припасах, какие нам нужны […] Ты должен платить каждому нашему воину эйрир серебра […] Мы будем брать это бобрами и соболями и другими вещами, которые легко добыть в вашей стране […] И если будет какая-нибудь военная добыча, вы нам выплатите эти деньги, а если мы будем сидеть спокойно, то наша доля станет меньше»[40].

Последнее упоминание о варягах-наёмниках в составе русского войска помещено под 1036 годом, когда они участвовали в сражении под стенами Киева с печенегами.

Как наёмная военная сила варяги составляли дружины древнерусских князей, в военных походах X — первой половины XI веков — отборную часть княжеского войска. В этом качестве они сыграли важную роль в консолидации Древнерусского государства, в подчинении ему новых территорий, выполняли административную и иные функции. В X — первой половине XI веков часть варягов влилась в слой дружинной (военной) знати и осела на Руси. О постепенной ассимиляции варягов в славянской среде с середины X века свидетельствует в археологический материал.

С середины XI века в южнорусских летописях слово «варяги» вышло из употребления, в новгородском летописании после 1130 года оно постепенно вытеснялось названиями конкретных народов Скандинавии (свеи, урмане, донь, готе). Последний раз слово «варяги» встречается в летописях под 1204 в рассказе о захвате крестоносцами Константинополя[1].

Варяги и немцыПравить

С XII века варяги известны на Руси как купцы с Балтики, а понятие «варяжский» смещается в сторону обобщающего этнического признака. В житии княгини Ольги о её родителях сообщается: «Отца имела язычника, также и мать некрещённую от языка Варяжска».

В договоре Новгорода с Готским берегом и немецкими городами конца XII века[41] новгородцев с ганзейской торговой лигой варяги выступают как выходящее из употребления общее наименование «немцев» и жителей Готланда.

Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов[42] отмечает в 1201 году заключение новгородцами мира с варягами, завершившего крупный конфликт на Готланде, возникший несколькими годами ранее и связанный видимо с торговыми интересами: «А Варягы пустиша без мира за море. Того же лѣта срубиша в Русѣ город. А на осень приидоша Варязи горою на миръ. и да имъ миръ на всеи воли своеи»[43].

В русских источниках слово «варяжская» по отношению к церквям означало фактически «католическая».

С XIII века слово «варяги» в значительной степени было вытеснено псевдоэтнонимом «немцы», что нашло отражение в описании призвания Рюрика в поздних летописях[44]: «Избрашася от немец три браты с роды своими…». Царь Иван Грозный писал шведскому королю: «В прежних хрониках и летописцех писано, что с великим государем самодержцем Георгием-Ярославом на многих битвах бывали варяги: а варяги — немцы»[45]. Иван Грозный был убеждён, что все без исключения те варяги, которые были его предками по мужской линии — в любом случае германцы (немцы), а шведы (свейские немцы) и норвежцы (мурманы) его предкам только служили или давали жён[46]. Как позднее разъяснил английский посол Флетчер, русские и царь Иван Грозный в XVI веке считали свою династию по происхождению германской, а не скандинавской, но потому, что считали германцами и балтийских славян, и венгров[47]

Варяги в ВизантииПравить

Основная статья: Варяжская стража

В византийских источниках варяги под собственным именем появляются в XI веке, иногда совместно с русами. Начиная с IX века в греческих хрониках упоминаются фарганы (φαργανοι), как стражники императора: в «Псамафийской хронике», документе первой половины X века[48], и в «О церемониях» Константина Багрянородного[49][50].

С конца X века византийская императорская гвардия укомплектовывалась скандинавами, часто попадавшими туда через Восточную Европу и ранее служившими на Руси. Около 978 года князь Владимир Святославич отослал неугодный ему отряд варягов в Византию. Императорские телохранители-скандинавы получили наименование «варанги», произошедшее, предположительно, от древрерусского «варягъ». В XI веке проводилось различие между «дворцовыми» (гвардия), и «внешними» варангами, составлявшими отдельный корпус византийского войска. Уже во второй половине XI века этнический состав корпуса утратил однородность[1].

НаёмникиПравить

 
Иллюстрация из хроники Иоанна Скилицы. Женщина, убивающая варяга (в тексте хроники она использовала для этого меч)

Впервые варяги («варанги») на византийской службе отмечены в хронике Иоанна Скилицы в 1034 году в Малой Азии (фема Фракезон), где они размещались на зимних квартирах. Когда один из варягов попытался силой овладеть местной женщиной, та в ответ заколола насильника его собственным мечом. Восхищённые варяги отдали женщине имущество убитого, а его тело выбросили, отказав в погребении[51][52].

В 1038 году варяги участвуют в боях с арабами на Сицилии, в 1047 году действуют в южной Италии, в 1055 году они совместно с русами обороняют итальянский город Отранто от норманнов[53]. Около 1050 года византийский император послал в Грузию отряд в 3 тысячи варягов (варангов) на помощь союзнику Византии в его междоусобной войне[54].

Как свидетельствует Кекавмен, в первой половине XI века наёмники-варяги не пользовались особой благосклонностью императоров:

«Никто другой из этих блаженных государей не возводил Франка или Варяга [Βαραγγον] в достоинство патриция, не делал его ипатом, не поручал ему наблюдения за войском, а разве только едва кого производил в спафарии[55]. Все они служили за хлеб и одежду»[56].

Кекавмен в рассказе о знаменитом последнем викинге и будущем норвежском короле Харальде Суровом, служившем в варягах в 1030-е годы, назвал того сыном царя Варангии. Таким образом, византийцы в XI веке считали варягов норманнами или норвежцами. Византийский историк XI века Михаил Пселл также говорил о варангах как о лицах, принадлежащих к племени[57], хотя без уточнения этнографической принадлежности или географической локализации. Современник Кекавмена и Пселла, хронист Иоанн Скилица, вообще идентифицировал варягов как кельтов: «варанги, по происхождению кельты, служащие по найму у греков»[28].

Об этническом понимании византийцами слова «варяги» свидетельствуют жалованные грамоты (хрисовулы) из архива Лавры святого Афанасия на Афоне. Грамоты императоров освобождают Лавру от воинского постоя, в них перечисляются контингенты наёмников на византийской службе. В хрисовуле № 33 от 1060 года (от императора Константина X Дуки) указаны варяги, русы, сарацины, франки. В хрисовуле № 44 от 1082 года (от императора Алексея I Комнина) список меняется — русы, варяги, кулпинги, инглины, немцы. В хрисовуле № 48 от 1086 года (от императора Алексея I Комнина) список значительно расширяется — русы, варяги, кулпинги, инглины, франки, немцы, болгары и сарацины. В старых изданиях хрисовулов соседние этнонимы «русы» и «варяги» не были разделены запятой (погрешность копирования документов), в результате чего термин ошибочно переводился как «русские варяги». Ошибка устранена после появления фотокопий оригинальных документов[58].

Гвардия императоровПравить

 
Варяги в Византии. Иллюстрация из хроники Скилицы

В византийских источниках XII—XIII века наёмный корпус варягов часто именуется секироносной гвардией императоров (Τάγμα των Βαραγγίων). К этому времени сменился его этнический состав. Благодаря хрисовулам стало возможным установить, что приток в Византию англичан (инглинов) начался видимо после 1066 года, то есть после завоевания Англии нормандским герцогом Вильгельмом. Вскоре выходцы из Англии стали преобладать в варяжском корпусе.

Норманский хронист XI века Готфрид Малатерра по поводу битвы 1082 года заметил: «англяне, которых называют варангами»[28]. Византийский писатель XV века Георгий Кодин при описании придворной трапезы сообщает: «варанги восклицают императору многая лета на своём отечественном языке, то есть по-английски»[28]. Из последнего свидетельства следует, что варяги приобрели привилегированное положение в византийском войске. Возможно авторы сделали обобщение, назвав язык варягов английским. Так, Саксон Грамматик при описании визита датского короля Эрика в Константинополь в 1103 году отметил встречу короля с соотечественниками, которые служили личными телохранителями византийского императора[59].

Чужеземцы и раньше использовались в качестве дворцовой стражи, но только варяги приобрели статус постоянной личной гвардии византийских императоров. Начальник варяжской гвардии именовался аколуфом, что означает «сопровождающий». В сочинении XIV века Псевдо-Кодина даётся определение: «Аколуф является ответственным за варангов; сопровождает василевса во главе их, поэтому и зовётся аколуфом»[60].

Анна Комнина, дочь императора, высоко оценивает варягов, рассказывая о событиях 1081 года: «Что же до варягов, носящих мечи на плечах, то они рассматривают свою верность императорам и службу по их охране как наследственный долг, как жребий, переходящий от отца к сыну; поэтому они сохраняют верность императору и не будут даже слушать о предательстве»[61]. Анна характеризует варягов как отважных варваров, носящих обоюдоострые мечи на правом плече и имеющих большие щиты. В 1081 году весь отряд варягов под началом Намбита был истреблён в сражении с итальянскими нормандцами Роберта Гвискара.

В саге о Хаконе Широкоплечем из цикла «Круг Земной» повествуется о битве в 1122 году византийского императора Иоанна II Комнина с печенегами в Болгарии. Тогда «цвет войска», отборный отряд верингов в 450 человек под началом Торира Хельсинга первым ворвался в лагерь кочевников, окружённый повозками с бойницами, что позволило византийцам одержать победу.

В последний раз варяжская гвардия проявила себя в 1204 году, обороняя Константинополь от рыцарей-крестоносцев. Никита Хониат, свидетель этих событий, так писал про варягов-секироносцев после того, как рыцари ворвались в город:

«Ласкарис начал неотступно увещевать и поощрять собравшийся сюда народ к сопротивлению неприятелям. Равным образом он возбуждал идти на предстоявшую битву и секироносцев с их бранными железными оружиями на плечах, говоря, что им также надобно не менее римлян страшиться бедствий, если управление римскою империею перейдёт к чужеземцам, потому что они не будут уже тогда получать такой богатой платы за службу и не удержат почтенного звания охранной царской стражи, но будут зачислены в неприятельское войско даром наряду со всеми. Однако, несмотря на все его усилия никто из народа не отозвался на его голос и даже секироносцы обещали содействие только за деньги, бесчестно и воровски считая крайнюю опасность положения удобнейшим временем торговаться»[62].

После падения Константинополя известия о варягах-воинах в Византии отсутствуют, однако этноним «варяг» постепенно превращается в патроним, составную часть личного имени. В документах XIII—XIV веков отмечены греки видимо скандинавского происхождения с именами Варанг, Варангопул, Варяг, Варанкат, из которых один был владельцем бань, другой врачом, третий церковным адвокатом (экдиком)[60]. Таким образом, воинское ремесло не стало наследственным делом у потомков варягов, осевших на греческой земле.

Варяги в СкандинавииПравить

Слово Værings встречается на рунических камнях XI века Ög 111 и Ög 68. На севере Норвегии недалеко от российского Мурманска имеется полуостров Варангер и одноимённый залив (Варяжский залив). Впервые варяги как væringjar (веринги) появляются в скандинавских сагах, записанных в XII веке.

«Сага о Ньяле» рассказывает об исландце Кольскегге, который примерно в 990-е годы[63]

«отправился на восток, в Гардарики [Русь], и пробыл там зиму. Оттуда он поехал в Миклагард [Константинополь] и вступил там в варяжскую дружину. Последнее, что о нём слышали, было, что он там женился, был предводителем варяжской дружины и оставался там до самой смерти»[64].

«Сага о людях из Лососьей долины» несколько противоречит в хронологии «Саге о Ньяле», называя Болли в 1020-е годы первым исландцем в варягах:

«После того как Болли провёл зиму в Дании, он отправился в дальние страны и не прерывал своего путешествия, пока не прибыл в Миклагард. Недолго пробыл он там, как вступил в варяжскую дружину. Мы никогда не слышали раньше, чтобы какой-нибудь норвежец или исландец до Болли, сына Болли, стал дружинником короля Миклагарда [Константинополя]»[65].

Болли в 1030 году вернулся в Исландию с богатым оружием и в роскошных одеяниях, поразивших его соплеменников.

Одним из наиболее прославленных героев саг стал будущий норвежский король Харальд III Суровый, воевавший в 1034—1043 годах по всему Средиземноморью с отрядом в 500 варягов, а перед тем послуживший Ярославу Мудрому. Сага о Харальде Суровом из цикла «Круг Земной» сообщает легендарный обычай, позволявший варягам по смерти византийского императора уносить сокровища из дворца: «Харальд трижды ходил в обход палат, пока находился в Миклагарде. Там было в обычае, что всякий раз, когда умирал конунг греков, веринги имели право обходить все палаты конунга, где находились его сокровища, и каждый был волен присвоить себе то, на что сумеет наложить руку»[66]. Однако Харальд по сообщению той же саги был брошен в темницу по обвинению в присвоении имущества императора, а затем бежал на Русь. Он погиб в 1066 году в битве при Стамфордбридже, которой завершилась двухсотлетняя история вторжений скандинавских викингов в Англию.

В «Саге об Олаве Святом» и «Житии Олава Святого» варяги предстают в несколько ином качестве: вэрингом назван раб-кузнец в Новгороде норвежского происхождения[67].

В «Саге об Эгиле Скалагримссоне» Эгиль в одной из вис называет себя и своих людей «вэрингами» (væringja)[68].

В скандинавских источниках слово «væringjar» встречается только в рассказах о событиях, имевших место с конца X века, и обозначает только скандинавов, служивших в Византии. К «русским» варягам оно не применялось. В этом значении термин сохранялся в Скандинавии до начала XIII века, когда падение Константинополя привело к ликвидации корпуса варангов[1]

См. такжеПравить

ПримечанияПравить

  1. 1 2 3 4 5 6 7 8 Варяги / Е. А. Мельникова // Большой Кавказ — Великий канал [Электронный ресурс]. — 2006. — С. 621—622. — (Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов ; 2004—2017, т. 4). — ISBN 5-85270-333-8.
  2. См. История теории.
  3. 1 2 3 4 5 6 7 8 Повесть временных лет (Подготовка текста, перевод и комментарии О. В. Творогова) // Библиотека литературы Древней Руси / РАН. ИРЛИ; Под ред. Д. С. Лихачева, Л. А. Дмитриева, А. А. Алексеева, Н. В. Понырко. СПб.: Наука, 1997. Т. 1: XI—XII века. (Ипатьевский список Повести временных лет на языке оригинала и с синхронным переводом). Электронная версия издания, публикация Института русской литературы (Пушкинский Дом) РАН.
  4. Повесть временных лет.
  5. 1 2 Петрухин В. Я. Русь в IX—X веках. От призвания варягов до выбора веры. 2-е изд., испр. и доп. М. : Форум : Неолит, 2014. 464 с.
  6. Пушкина Т. А. Скандинавские находки с территории Древней Руси (обзор и топография) // XIII конференция по изучению истории, экономики, литературы и языка Скандинавских стран и Финляндии. М. — Петрозаводск, 1997.
  7. см. Этимологический словарь Фасмера
  8. Карамзин Н. М. История государства Российского. Глава IV Рюрик, Синеус И Трувор. Г. 862—879.
  9. История русского языка. Лекция А. А. Зализняка.
  10. В. Н. Татищев, И. Н. Болтин.
  11. Летописания с XVI века, начиная со «Сказания о князьях Владимирских».
  12. А. Г. Кузьмин, В. В. Фомин.
  13. Анохин Г. И. Новая гипотеза происхождения государства на Руси; Васильев А. С. А. Гедеонов. Варяги и Русь / ИРИ РАН. М., 2004. С. 476, 623, 626; Клейн Л. С. Спор о варягах. СПб., 2009. С. 365, 367; Изгнание Норманов из Русской Истории / Сборник ИРИ РАН. М., 2010. С. 300, 320; Анохин Г. И. Сборник Русского Исторического Общества «Антинорманизм». М., 2003. С. 17 и 150; Забелен И. Е. История русской жизни. Минск. 2008. С. 680.
  14. Термин «руський промысел» (добыча соли) относится к тексту великокняжеской грамоты (Рабинович Г. С. Город соли — Старая Русса в конце 16 — середине 18 вв. Л., 1973. С. 23.
  15. Соловьёв, С. М. История России с древнейших времён / С. М. Соловьёв. — 2-е изд. — СПб. : Товарищ. «Общественная польза», 1851—1879. — Т. 1,Глава 3.
  16. Ключевский В. О. Курс русской истории. Лекция IX.
  17. Древняя Русь глазами современников и потомков (IX—XII вв.). Курс лекций (недоступная ссылка) Данилевский И. Н.
  18. К. Тиандер. Датско-русские исследования. Петроград. 1915.
  19. Мельникова Е. А., Петрухин В. Я. «Легенда о призвании варягов» в сравнительно-историческом аспекте // XI Всесоюзная конференция по изучению истории, экономики, литературы и языка Скандинавских стран и Финляндии / редкол.: Ю. В. Андреев и др. — М., 1989. — Вып. 1. — С. 108—110.
  20. Петрухин В. Я. Глава 4. К начальной истории Русского государства Архивная копия от 11 августа 2016 на Wayback Machine // Начало этнокультурной истории Руси IX—XI вв.. М., 1995.
  21. Петрухин В. Я. Легенда о призвании варягов и балтийский регион // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. 2008. № 2 (32). С. 41-46.
  22. Мельникова Е. А. Ряд в Сказании о призвании варягов и его европейские и скандинавские параллели // Мельникова Е. А. Древняя Русь и Скандинавия: Избранные труды / под ред. Г. В. Глазыриной и Т. Н. Джаксон. М. : Русский Фонд Содействия Образованию и Науке, 2011. С. 249—256.
  23. Мельникова Е. А. Рюрик, Синеус и Трувор в древнерусской историографической традиции // Древнейшие государства Восточной Европы. 1998 г / Отв. ред. Т. М. Калинина. — М.: Вост. лит., 2000. — 494 с. — 1000 экз. — ISBN 5-02-018133-1..
  24. Сообщение Скилицы повторяется византийским автором XII века Кедриным.
  25. Аль-Бируни, Обучение началам астрономической науки. Идентификация варанков с варягами общепризнана, например: Никитин А. Л. Основания русской истории. Мифологемы и факты».
  26. Книга историка Василия Татищева Российская история. Варяги какой народ и где был.
  27. Примечания к Эймундовой Саге  : Сенковский О. И., Собр. соч. СПб., 1858, т. 5
  28. 1 2 3 4 5 Васильевский В. Г. Варяго-русская и варяго-английская дружина в Константинополе XI и XII веков // Васильевский В. Г. Труды. Т. 1. СПб., 1908.
  29. Фомин В. В. Глава 1 Антинорманизм XIX века // Варяги и варяжская Русь. К итогам дискуссии по варяжскому вопросу. — Москва: Панорама, 2005. — 123 с. — ISBN 5-93165-132-2.
  30. А. Г. Кузьмин развивает гипотезу о кельтских корнях племени русь
  31. D. Parducci, «Gli stranieri nell’alto medioevo», Mirator 1 (2007), in Italian, English abstract.
  32. Этимологический словарь Фасмера
  33. Лев Клейн. Уточнения к Меркулову и «Переформату». Генофонд.рф / Раздел: лженаука. web (2015).
  34. Мельникова Е. А. Скандинавы на Руси и в Византии в X—XI веках : к истории названия «варяг» // Древняя Русь и Скандинавия : Избранные труды / под ред. Г. В. Глазыриной и Т. Н. Джаксон. М. : Русский Фонд Содействия Образованию и Науке, 2011. С. 153—171.
  35. Петрухин В. Я. Русь в IX—X веках. От призвания варягов до выбора веры. — 2-е изд., испр. и доп. М. : Форум : Неолит, 2014. С. 137—186.
  36. Новгородская Первая летопись старшего и младшего изводов. М. : Издательство АН СССР, 1950. С. 106.
  37. Джаксон Т. Н. Четыре норвежских конунга на Руси: из истории русско-норвежских политических отношений последней трети X — первой половины XI в. М. : Языки русской культуры, 2002.
  38. См. подробнее в статье Владимир Святославич.
  39. Сага «Прядь об Эймунде» (или Эймундова сага) сохранилась в составе «Саги об Олаве Святом» в единственной рукописи «Книге с Плоского острова», 1387—1394 гг.
  40. Сага «Прядь об Эймунде» : в пер. Е. А. Рыдзевской.
  41. Мирный договор князя Ярослава Владимировича с немецкими послами ок. 1190 г. Обнаружен в архиве Риги.
  42. Также Тверская летопись. Полное собрание русских летописей. Т. 15. М., 2000. С. 291.
  43. Лаптев А. Ю., Яшкичев В. И. Старая Русса апостола Андрея. М. : Агар, 2007. С. 32—36.
  44. Типографская и Воскресенская летописи.
  45. Второе послание шведскому королю Иоганну III. Послания Ивана Грозного. М.-Л., 1951. С. 157—158.
  46. Фомин В. Варяги в переписке Ивана Грозного со шведским королём Юханом III.
  47. Флетчер, Джайлс. О государстве Русском.
  48. Хроника анонимного монаха Псамафийского монастыря в Константинополе (пер. А. П. Каждана). Две византийские хроники. М. : Изд-во вост. лит-ры. 1957: «В это время один из тех, кого называют фарганами, поравнявшись с оленем, обнажил меч». Событие относится к 886 году.
  49. Constantini Porphyrogeneti imperatoris de Ceremoniis aulae byzantinae libri II, graece et latine, e recensione Jo. Jac. Reiskii, cum ejusdem commentariis integris… Accedit Hieroclis Synecdemus cum Bandurii et Wesselingii commentariis. Recognovit Immanuel Bekkerus. Impensis E. Weberi, 1840. С. 576.
  50. Цитата по книге: Венелин Ю. Скандинавомания и ея поклонники, или столѣтния изыскания о Варягах : Историко-критическое разсуждение Юрия Венелина. М., 1842: «В числе посланных войск в Лонгобардию во время императора Романа Лакапина, 8-го индикта, из наемников были: из большой этерии 31, из средней 46, из Фарганов 45».
  51. «В это время случилось и другое событие, достойное памяти. Один из Варангов, рассеянных в теме Фракисийской для зимовки, встретив в пустынном месте туземную женщину, сделал покушение на её целомудрие. He успев склонить её убеждением, он прибег к насилию; но женщина, выхватив (из ножен) меч этого человека, поразила варвара в сердце и убила его на месте. Когда её поступок сделался известным в окружности, Варанги, собравшись вместе, воздали честь этой женщине, отдав ей и все имущество насильника, а его бросили без погребения, согласно с законом о самоубийцах».
  52. Иоанн Скилица, «Обозрение историй» по изданию: Blondal S., The Varangians of Byzantium, 1978, Cambridge, p. 62.
  53. Кекавмен, 78 : Издание 1881 г. : Советы и рассказы византийского боярина XI века. С комментариями В. Веселовского.
  54. «Летопись Картли».
  55. Спафарий — средний воинский чин в Византии, не предусматривающий самостоятельного командования. Спафарий — дословно „меченосец“ (от греч. spathe — широкий меч); византийский титул между спафарокандидатом и ипатом. (Словарь исторических имен, названий и специальных терминов / С. Сорочан, В. Зубарь, Л. Марченко).
  56. Кекавмен, 243.
  57. Михаил Пселл: «племя тех, кто потрясает секирой на правом плече» (Хронография. Зоя и Феодора).
  58. Скандинавский мир в византийской литературе и актах : статья М. В. Бибикова.
  59. Саксон Грамматик не называет датских телохранителей термином «варяги», но историки XVIII века Л. Хольберг и В. Н. Татищев в своих трудах определили их как варягов.
  60. 1 2 Доклад Архивная копия от 3 января 2005 на Wayback Machine М. В. Бибикова на XIII конференции скандинавистов, 1997 г., Петрозаводск.
  61. Анна Комнина, «Алексиада», 2.9.
  62. Никита Хониат. История. Царствование Алексея Дуки Мурцуфла.
  63. Дата первого ретроспективного упоминания варягов в сагах вычисляется по синхронно действующим историческим героям: норвежскому ярлу Хакону Могучему (970—995) и датскому королю Свену Вилобородому (около 985—1014 годы)
  64. «Сага о Ньяле», LXXXI.
  65. Сага о людях из Лососьей долины.
  66. Сага о Харальде Суровом — Круг Земной — Norroen Dyrd.
  67. Джаксон Т. Н. Исландские королевские саги о Восточной Европе (первая треть XI в.). М., 1994. С. 127.
  68. Vald. Ásmudarsson. Egils saga Skallagrímssonar. Reykjavík. 1892., стр. 160.

В художественной литературеПравить

ЛитератураПравить

Работы антинорманистов:

Электронные публикации: